2016-08-24T02:10:30+03:00

Загадочная биография Семена Золотарева

«Комсомолка» начинает серию публикаций, посвященную самому старшему и загадочному участнику группы Дятлова
Поделиться:
Комментарии: comments404
Мы уже не раз писали о Семене ЗолотаревеМы уже не раз писали о Семене ЗолотаревеФото: Архив "КП"
Изменить размер текста:

Напомним, зимой 1959 года в горах Северного Урала пропали девять туристов, ушедших в поход под руководством Игоря Дятлова. Через месяц спасатели обнаружили их разрезанную палатку. А в радиусе полутора километров от нее - пять замерзших тел. Трупы остальных нашли только в мае. Почти все туристы были разутые и полураздетые. У некоторых - смертельные травмы. До сих пор не разгадано, почему ребята убежали на лютый мороз и на свою погибель.

Мы уже не раз писали о Семене Золотареве. Слишком он необычный персонаж в этой туманной истории. Семен – по паспорту, он же Александр (так Золотарев представлялся всем) родился на Кубани (станица Удобная) 2 февраля 1921 года, прошел всю войну без единого ранения, после окончил Минский институт физической культуры, получил распределение в Пятигорск, где трудился в двух вузах и школе. В 1959 году отправился в поход по Северному Уралу и трагически погиб вместе с другими 8 туристами. Труп Золотарева был почти неузнаваем и родственников удивил тот факт, что на теле оказались странные наколки, коих ранее его близкие не видели.

Человеку непосвященному в тему покажется, что здесь нет ничего особенного. Но стоит рассмотреть его жизненный путь в буквальном смысле под лупой (опираемся мы, в основном, на архивные документы), то выясняется, что биография загадочного участника очень уж непростая.

Недавно к нашему расследованию подключилась интернет-исследователь Галина Сазонова из Вьетнама. Первую часть публикаций о Семене мы посвятим ее наработкам. За основу своего исследования Галина взяла фронтовую биографию нашего героя.

ПРО ПРИЗЫВ

Итак. Школу Семен закончил поздно – в 20 лет. Это сразу наводит на мысль, что определенные сложности со школьным обучением на селе в тот период были. Скорее всего, он вынужден был делать перерывы в своем обучении: либо из-за необходимости работать и помогать многочисленной семье, либо из-за того, что различные ступени школы организовывались постепенно.

Сам факт, что Семен не бросает школу, говорит о том, что он настроен на получение максимально высокого образования, доступного ему в тот момент. По данным российского историка, профессора Санкт-Петербургского университета, Бориса Николаевича Миронова среднее число лет обучения в 1937 году составляло всего 3,3 года на человека старше 9 лет. Ситуация не сильно изменилась и в послевоенный период: 1947 год – 5,4 года, 1957 год – 6 лет.

Кроме того, Семен – комсомолец. Если судить о практически поголовном членстве молодых людей в рядах ВЛКСМ в 70-80-х годах, то можно ошибиться в оценке ситуации 1941 года. Но в работе В.Е. Бредихина и И.Ю. Кобзева «Кадровый состав ВЛКСМ в 1941-45гг. Опыт сравнительного анализа» приведены данные о количестве комсомольцев в Тамбовской области и СССР в целом. Так как данные по области очень незначительно отличаются от данных по СССР, то можно попробовать сориентироваться на эти числа. И получается, что на 01.01.1941 комсомольцы составляли всего 13% среди молодежи 1920-1921 годов рождения (а Семен родился в 1921 году) и всего 7% среди молодежи 1918-1919 годов рождения.

Семен, вступив в комсомол в 1938 году, активно занимается несколькими видами спорта, работает. И можно предположить, что уровень его социальной активности достаточно высок потому что, даже не окончив школу, он уже преподает в младших классах. Мы можем видеть это из анкеты в его личном деле Пятигорского педагогического института, опубликованной «Комсомольской Правдой» 01.02.2015 года.

Есть еще одна особенность, вытекающая из того, что Семен учится в десятилетней школе. Дело в том, что все сверстники Семена были призваны в РККА одним-двумя годами раньше, до начала войны. А Семен, как учащийся средней школы, имеет отсрочку до ее окончания. Но он был бы призван в РККА осенью 1941 года в соответствии с законом о Всеобщей воинской обязанности, принятого 01.09.1939 года.

22 июня 1941 года меняет все. Масштабность войны диктует новые требования. Уже 22.06.1941 года, а затем и 10.08.1941 года издаются первые указы о мобилизации. Только касаются они 1905-1918 годов рождения и 1890-1904, 1922-1923 г.р. соответственно.

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

1921 год под эти указы не попадает, но тем не менее Семен оказывается в РККА в октябре 1941 г. Путей попасть в армию у него было несколько – не только ждать, когда военкомат, занятый выполнением указов, пришлет ему повестку, но и самостоятельно подать заявление в Комитет Комсомола, как делали очень многие комсомольцы, рвавшиеся на фронт.

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

И опять мы должны вернуться к роли комсомола в тот период. Уже с конца 30-х годов комсомол начинал принимать активное участие в оборонно-массовой работе. Появилось специальное движение «Каждому комсомольцу – военную специальность».

Комсомольцы в довоенный период составляли самую передовою прослойку молодежи. Выпускники Осоавиахима становились отважными летчиками, около половины снайперов были комсомольцами, сдавшими нормы на значок «Ворошиловский стрелок», комсомольцы становились участниками подпольных организаций, партизанского движения.

Старший майор госбезопасности Павел Судоплатов в своих воспоминаниях «Разные дни войны и дипломатии. 1941г» описывал создание «диверсионного спецназа» Отдельной Мото-Стрелковой Бригады Особого Назначения (ОМСБОН): «…При наборе людей мы пошли по пути, подсказанному опытом финской войны,– задействовали спортивно-комсомольский актив страны».

Так как же должен сложиться боевой путь Семена? Если исходные данные таковы, что хорошо образованный комсомолец, спортсмен, знающий основы немецкого языка – элита молодежи на тот период – всеми путями рвется на фронт.

На данный момент нам известны следующие документы, отражающие боевой путь Семена Алексеевича: наградной лист на получение ордена Красной звезды в апреле 1945 года; проходное свидетельство из личного дела Гос. Института физической культуры БССР (куда Семен поступает в 1946 году), анкеты и листки по учету кадров из личных дел Института физкультуры, Пятигорского педагогического института; регистрационный бланк члена КПСС.

Наиболее полно весь военный путь расписан в регистрационном бланке члена КПСС, опубликованном «Комсомольской правдой».

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

Но если посмотреть подробнее историю тех воинских соединений, которые указывает Семен, то можно заметить некоторые странности.

НА ФРОНТЕ

Октябрь 1941 - август 1942 года. Отдельный саперный батальон 1570. Командир отделения.

Основная задача, возложенная на саперные армии в самом начале войны (а этот батальон создается на базе 24-ой саперной бригады 8-ой саперной армии), была заблаговременное строительство тыловых оборонительных рубежей и по решению Государственного Комитета Обороны от 11.08.1941 года контролировалась Главным управлением оборонительных работ НКВД.

Так что и этот батальон на момент своего создания был предназначен для возведения оборонительного рубежа в районе города Ростов-на-Дону. Благодаря тому, что сохранился список потерь за июль 1942 года, мы можем увидеть, кто служил в этом батальоне.

Оказывается, старше 40 лет в нем около 40% бойцов, а в возрасте 20-25 лет всего 13% и это очень сильно расходится с такими же данными по призыву Удобнинского военкомата (а именно Удобнинским РВК был призван Семен), где доля призванных людей старше 40 лет в 2 раза меньше, а молодых – в несколько раз больше. Получается, что распределение бойцов шло не равномерно, а в соответствии с поставленными задачами. И это очень логично, что молодые рвались в бой, но более зрелые мужчины могли строить. Почему вдруг Семен попадает именно в их число?

А теперь внимание! Батальон 1570 был сформирован в составе 24-ой саперной бригады 8-ой саперной армии только 1.04.1942 года. В анкете Семен пишет, что он служит в нем с октября 1941 года. Выходит, целых полгода (!) Семен служит в батальоне, которого просто не существует!

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

Батальон 1570 постигла печальная участь. В ходе затяжных боев под Харьковом летом 1942 года он был практически уничтожен немцами. 291 человек числятся пропавшими без вести. Вот как писал о тех событиях Аршавир Аветикян, командир отделения батальона 1570:

«Саперная часть, в которую меня перевели, занималась укреплением обороны между Таганрогом и Ростовом-на-Дону. Развернувшиеся здесь бои носили затяжной характер, и войска нашей армии были переброшены на северный участок Южного фронта ближе к Харькову. Здесь я стал командиром отделения в Отдельном саперном батальоне Министерства обороны № 1570, в составе которого после неудачного наступления наших войск под Харьковом мы стали отступать на восток (весна 1942 г.).

Наш батальон, имея при себе все документы и ежедневно заполняя журнал боевых действий, отступал к Дону уже в составе 15-20 человек. Первыми нас встретили заградотряды Сталинградского фронта. Проверив наши документы и сверив фамилии по списку журнала боевых действий, они объяснили нам, как пройти к месту назначения».

Большие потери батальона 1570 подтверждаются сохранившимся в ЦАМО донесением о безвозвратных потерях этого батальона в июле 1942 года, где в списках пропавших без вести числится 291 человек рядового и сержантского состава. Семена Золотарева среди них нет.

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

И именно в связи с полным уничтожением батальона и происходит его переформирование.

Август - декабрь 1942 года. 20 отдельный мотоинженерный батальон (ОМИБ). Командир отделения.

И опять нестыковка. 20-ый ОМИБ существует всего лишь с 1.09.42 по 1.10.42. Из остатков таких уничтоженных батальонов, как 1570, была попытка сформировать 20-ый батальон. Однако потери были так велики, что этот батальон не укомплектовывается и передается в состав следующего батальона. Впереди – Сталинградская битва. Решать задачи надо было быстро и на местах. Так что опять Семен служит 3 месяца в том соединении, которого не существует.

С декабря 1942-го до мая 1945-го таких нестыковок больше не просматривается.

ПО ГОРОДАМ И ВЕСЯМ

Но возникает иной вопрос. В опубликованной ранее «Комсомольской правдой» одной из анкет Семена, он перечисляет те города, в которых воевал: Ростов на Дону –Харьков-Сталинград-Орел-Курск-Чернигов-Минск-Варшава-Гданьск-Штеттин-Берлин.

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

Но, помимо общего описания тех или иных операций, более детально путь каждого из батальонов, о которых пишет Семен, можно проследить по местам захоронений бойцов и по наградным листам, в которых упоминается место совершенного подвига. И получается, что путь этот только частично совпадает с путем Семена:

Ростов на Дону –Харьков-Сталинград-Орел-Курск-Чернигов-Минск-Варшава-Гданьск-Штеттин-Берлин.

Но при этом Семен почему-то не упоминает другие города - Бобруйск, Гродно, Оллентштайн, которые освобождают те армии, в состав которых входит батальон Семена в тот или иной промежуток времени (48 Армия, 3 Гродненский гвардейский кавалерийский корпус). Так же он не упоминает и Кенигсберг, хотя награжден медалью «За взятие Кенигсберга». Но при этом он вносит в свой список такие города, как Варшава и Берлин. И если он там был, то с очень большой вероятностью должен быть награжден медалями за взятие этих городов, однако нам такие награды не известны.

Воинские подразделения формируются и расформировываются в соответствии с приказами, и во время войны это происходит очень интенсивно. И только к 1960 году были обработаны все данные, систематизированы и объединены в перечни Генштаба. Такие перечни использовались как раз для проверки достоверности информации. Рассекречены же эти перечни были только в 1990 году директивой ГШ ВС СССР № 46.

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

Но если командир воинского соединения на месте точно знает дату формирования своего соединения и запись в книжку красноармейца заносится сразу, как только боец начинает служить в нем, то до 1960 года, при составлении мнимого боевого пути, можно было легко ошибиться в конкретных датах, не имея их под рукой. Все известные документы на Семена Золотарева были составлены до 1954 года.

ГДЕ ПРАВДА, А ГДЕ ЛОЖЬ?

Лучшая ложь – полуправда. И если мы видим некоторые элементы «лжи» – то в чем заключается правда?

Безусловно, Семен прошел всю войну, с осени 1941 года по май 1945. Безусловно, Семен принимал участие в Сталинградской битве. Мы точно знаем, что в сентябре 1944-го он находился в распоряжении действующей армии и стал кандидатом в члены ВКП(б). Что мешало ему вступить в партию раньше? Может быть, тот факт, что до 1944 года он не находился в составе действующих войск РККА, а выполнял задания на оккупированной территории противника, как это делали те же бойцы ОМСБОНа, созданного Судоплатовым из комсомольцев?

Что помешало преодолеть ему испытательный срок в 1 месяц и стать членом ВКП(б)? Не тот ли момент, что после освобождения Белоруссии происходит формирование новых разведывательно-диверсионных групп и отправка уже на территорию Польши? Или тот момент, что люди, находившиеся какое-то время на оккупированной территории даже по заданию, но выпадавшие из поля зрения политруков, все-таки не пользовались полным доверием партии?

И снова Семен «возник» в рядах РККА только в апреле 1945 года. Как раз на момент освобождения территории Польши. И не поэтому ли, к концу войны Семен свободно владеет немецким, польским, белорусским и украинским языками?

Нам известны некоторые награды Семена Алексеевича:

- Орден Красной звезды (награжден в апреле 1945 года),

- медаль «За оборону Сталинграда» (вручена 11.10.1943 года),

- медаль «За взятие Кенигсберга» (вручена после 1947 года),

- медаль «За Победу над Германией» (вручена в ноябре 1945 года).

Но почему на вопрос, заданный в 1949 году на партийном бюро (об этом подробнее читайте во второй части публикации, - Ред.) при вступлении в члены партии: «Участвовали ли в Великой Отечественной войне и имеете ли награды?» в протоколе собрания записан ответ Семена:

- Участвовал. Орден Красной Звезды и медаль «за Отвагу».

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

Возможно, что это описка. Но не слишком ли много описок и ошибок в военном прошлом Семена Алексеевича Золотарева?

ДРУГОЙ ПОВОРОТ

А начаться все могло действительно осенью 1941 года под Ростовом-на-Дону, когда на базе 8-ой саперной армии начинается формирование первых диверсионно-разведывательных школ. Был ли Семен частью той команды? Пока можно только догадываться. Но очевидно, что люди той команды совершали немыслимые в ходе войны вещи. И имена большинства из них до сих пор не известны.

Глядя на единичные документы тех, кто известен, можно видеть такие же нестыковки и такой же официальный боевой путь, как и у Семена. Например, вот что написано в наградном листе одного из красноармейцев такого же саперного батальона 8-ой саперной армии:

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

Каптенармус – кладовщик.

А в описании подвига сказано:

« … добровольно принимая боевые задачи и выполняя их в свободное от раздачи продуктов время…».

Только подпись на наградном листе стоит удивительная. Подпись Ильи Григорьевича Старинова – «дедушки советского спецназа».

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

Сколько было таких людей? Точной цифры нет. В рамках одного фронта вряд ли больше нескольких сотен. И подвиг их еще значимее, потому что в большинстве случаев это безымянный подвиг.

Как сейчас известно, Семен никогда никому не рассказывал о своем участии в войне. Орденоносец, прошедший войну практически с первого до последнего дня. Только ли по причине врожденной скромности?

КСТАТИ

Изучая биографию Семена Золотарева, мы отправляли запрос в Министерство обороны РФ с просьбой предоставить имеющиеся в архиве ведомства копии документов интересующего нас фронтовика. Мы разыскивали любые бумаги, включая личное дело офицера.

И вот что нам в итоге предоставили. Для исследователей темы, как нам кажется, это будет интересно: учетно-послужная карточка Семена Золотарева, а вот личного дела офицера, оказывается, уже не существует.

ОТ АВТОРОВ

Безусловно, работа Галины Сазоновой вызывает большой интерес. В ней немало спорных, но очень любопытных моментов. Нам интересно было бы узнать мнение наших читателей об изложенных фактах. Посему просим вас принять участие в обсуждении на нашем форуме.

Со своей стороны мы обещаем не бросать изучение биографии Семена Золотарева и уже совсем скоро представим на читательский суд работу нашего белорусского читателя и исследователя данной темы - Сергея Чуйко, который специально для «Комсомольской правды» раздобыл уникальные архивные документы минского периода Семена. Внимание! В прессе они будут публиковаться впервые.

КСТАТИ

Изучая биографию Семена Золотарева, мы отправляли запрос в Министерство обороны РФ с просьбой предоставить имеющиеся в архиве ведомства копии документов интересующего нас фронтовика. Мы разыскивали любые бумаги, включая личное дело офицера.

И вот что нам в итоге предоставили. Для исследователей темы, как нам кажется, это будет интересно.

Учетно-послужная карточка Семена Золотарева

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

А вот личного дела офицера, оказывается, уже не существует.

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

 Фото: Архив "КП"

Фото: Архив "КП"

По-прежнему, мы просим всех, кто знает какие-либо достоверные сведения о трагедии на перевале Дятлова позвонить по телефону: (495) 637-64-97 (доб.2291), или написать: vars@kp.ru, konata@kp.ru.

Подпишитесь на новости:

Понравился материал?

Подпишитесь на тематическую рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также