2019-05-09T20:13:21+03:00

«Я увидел, что или мы погибнем все, или поднимемся и пойдем»

Наш медиаволонтер поговорила с ветераном Великой Отечественной войны Николаем Петровичем Анашкиным
Анна ЧЕРКАСОВА
Поделиться:
Комментарии: comments7
Нина Ивановна Стародубова, Николай Петрович Анашкин и наш медиаволонтер Анна Черкасова Фото: Арина ЗоринаНина Ивановна Стародубова, Николай Петрович Анашкин и наш медиаволонтер Анна Черкасова Фото: Арина Зорина
Изменить размер текста:

У Николая Петровича Анашкина, ветерана Великой Отечественной войны, 40 орденов и медалей. У него три внука, одна внучка и завидное чувство юмора. Николаю Петровичу 95 лет. Война оставила ему память – осколок внутри. А вот однополчан почти всех забрала.

Если говорить о фронтовых годах, герой войны участвовал в боях под Сталинградом, битве на Курской дуге, операции «Багратион», освобождении Украины. За время боевых действий Николай Петрович проходил различные ступени командования: начал со звания сержанта и наводчика орудия, был командиром минометного расчета, командиром отделения. В 1946 году стал младшим лейтенантом, а в июле 1965-го был комиссован из армии в чине майора.

Когда мы беседовали с Николаем Петровичем, меня поразило, как живо и точно он помнит все детали боевых действий, даты и места. Для меня разговор с ним оказался ярче любого фильма о военных годах.

– Николай Петрович, у вас сорок орденов и медалей? За что они?

– Орден Отечественной войны, медаль «За отвагу», две медали «За боевые заслуги», награды за боевые действия. Например, медаль «За отвагу». Это под Опошней в атаку ходил. Нас минометчиков вместе с пехотой бросили на то, чтобы прорвать окраину города от немцев, которые устроили там оборонительный пункт. Минометы мы оставили сзади, а сами с автоматами, карабинами и криками «Вперед! Ура» двинулись на врага. Тут немцы как секанули пулеметами по нам, и пехота залегла. Место чистое, простреливается. Я понял, что если будем лежать, то нас перебьют, что погибнем все, если не поднимемся. И с криком «Ура! За Родину! За Сталина!» поднимаюсь, кричу. Смотрю: рядом со мной солдаты тоже поднимаются, и мы все встаем и занимаем окраину города.

– Какая самая ценная медаль для Вас?

– А как раз эта и самая ценная – первая медаль «За отвагу». Потому что я увидел, что или мы погибнем все, или поднимемся и пойдем. Ведь, что такое война? Это кто кого упредит. У меня еще был случай. В небольшом поселке нас немцы контратаковали и прижали к пруду. Мы сбросили на вьюках минометы и стали наступать. Там деревня, кукуруза, перелески, хутор. И вот я выскакиваю через дорогу, на картофельное поле, а дальше кукуруза. Я с карабином. На меня выскакивает немец с автоматом. Стоим, метров пять между нами, стреляем друг в друга! И не попали: ни я, ни он. Я нажимаю на курок, а он как по мне шарахнет всей очередью! Хорошо я успел вперед, в картофель, упасть. Потом смотрю: он по кукурузе убегает. Догнать его не смог, из карабина несколько раз пульнул только.

– А Вам страшно было, Николай Петрович, во время войны?

– Первый раз, когда началось наступление, мне было не страшно. Было интересно, особенно ночью, когда видно ракеты, трассы пуль. А потом пристрелялся, привык: друг на друга через прицел смотрели, трупы были рядом. Снаряды рвутся, свист пуль, разрывы, гул моторов, горят танки – ужас, понимаете? К этому уже привыкаешь. Когда идешь в атаку, становишься более бодрым, чувствуешь локоть товарища, знаешь, что тебя поддержат, и страх проходит. А потом человек становится от перенапряжения безразличным. Остервенеет и лезет вперед, и все. Или же обороняется. Было много таких случаев.

– Какой самый тяжелый случай у Вас был?

– Самый тяжелый случай для меня – это второе ранение. Я уже на правобережье Днепра был, и нас – пятнадцать человек пехоты – прорвалось вперед наших цепей. Взяли высоту, а там за высотой – хутор. Взяли хутор, а немцы нас зажали, окружили. Но ничего, мы выдержали. Нас артиллерия поддержала. А на второй день, здесь же, на хуторе Настасьино, я был ранен осколком мины. И осколок до сих пор ношу. Были такие ожесточенные бои, что хутор переходил из рук в руки несколько раз. Не до лечения было. Потом эвакуировали меня быстро и направили в военный госпиталь в Ереван.

– Николай Петрович, вот Вы сказали, что важна поддержка в бою. А у Вас были боевые товарищи?

– А как же! Орудие, миномет – это коллективное оружие, расчеты*. У нас расчет был из семи человек. Все – товарищи. Взаимовыручка, взаимозаменяемость была. Для этого мы все подготовку проходили.

– Много погибло однополчан?

– При наступлении много ушло, когда под Сталинградом бои были. Осталось четыре орудия из девяти. Нас было больше 70 бойцов изначально, а осталось – 6 человек. Потому что убивали, ранили. Со мной воевал командир взвода Бастриков, мой одногодок. Мина упала справа от нашего орудия – и его насмерть, а еще одного солдата и командира расчета ранило в живот. Бой заканчивался, и наши пошли дальше. Я оттащил командира расчета метров на 400 от места боя, перевязал ему живот полотенцем и сдал санитарам. А командира взвода мы там похоронили. Победа далась тяжело, мы потеряли 27 миллионов людей, у нас разрушили тысячи городов.

– Вы лично какие города освобождали?

– Сталинград, дальше Курская битва. Под Белгородом был. По гоголевским местам шел – Котельва, Опошня.

– Как Вы узнали о Победе? Где находились в этот момент? Какие эмоции были?

– Я был на тот момент в училище в городе Саратов, куда меня в 1944 году направили вместе с другими военными. Нужен был резерв командного состава. Много офицеров выходило их строя, убивали их. Надо было командный состав пополнять. Вот нас, молодежь, кто воевал, в училище направляли и обучали. Когда война 9 мая кончилась, нас построили, объявили о победе. Увольнения всем дали. Рад был. Как же победе не радоваться! Я, все мы – учащиеся, думали, что закончим обучение и на фронт. Экзамены начали сдавать, а тут Победа. Все отменили, а потом приказ пришел еще учиться.

– Сейчас встречаетесь с однополчанами?

– Я с однополчанами встречался до 2012 года. Совет ветеранов 5-й гвардейской дивизии находится здесь, в Москве. Совет ветеранов 11-го танкового корпуса – тоже в Москве. Я каждый год, начиная с 1987-го, прилетал или приезжал в Москву и с товарищами встречался. Сейчас уже с ними связи нет. Остался всего-то один товарищ. Жив он или нет – не знаю.

– У Вас есть внуки?

– Три внука, одна внучка (говорит ветеран гордо и радостно). Первый внук уже более 40 лет работает в Москве. Второй внук живет в Ростовской области, служил в армии, был в Донбассе несколько месяцев как доброволец.

–Какие Вы передачи любите смотреть, Николай Петрович?

– В основном смотрю «Вести» и передачи с бегущей строкой, потому что плохо слышу. Нравится «Жди меня». Старые фильмы, когда показывают, я просто смотрю и вспоминаю, что было и когда. Новые – не могу смотреть, там нет бегущей строки, и я уже устарел, пора на покой, отдыхать.

– А как отдыхаете?

– Всю жизнь отдыхаю (смеется Николай Петрович). Всю жизнь борюсь, и всю жизнь отдыхаю.

Жена героя Нина Ивановна подсказывала, что еще Николай Петрович очень любит разгадывать кроссворды. Я поблагодарила и обняла гостеприимных хозяев и предложила сфотографироваться на память.

* Расчёт, в военном деле: небольшое штатное формирование (подразделение) в вооружённых силах, закреплённое и обслуживающее артиллерийское орудие, пулемёт, ракетный комплекс и другую сложную технику. – Прим. авт.

Автор:

Фото к интервью:

Подпишитесь на новости:

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также