2016-07-14T10:30:19+03:00

Врачей вооружают электрошокерами для защиты от пациентов

Станет ли меньше нападений на медиков? (16+)

00:00
00:00

В прямом эфире радио КП заместитель редактора регионального отдела газеты «Комсомольская правда» Алла Шафигулина и врач-хирург, кандидат медицинских наук, бывший сотрудник «Скорой помощи» Герман Пятов обсуждают вместе с ведущим Александром Яковлевым, как защитить врачей от пациентов.

Яковлев:

– Это программа «Я – против!». Давайте для начала посмотрим сюжет.

– Вернешься, али не вернешься. Это чувство не только у меня, а я на скорой отработал уже 40 лет, и я знаю, что к чему и как.

Эту ночь на станции «Скорой помощи» в Вологде вспоминать будут еще долго. Прямо на вызове врачам пришлось кроме спасения больного вспоминать и приемы рукопашного боя. Сначала беды ничто не предвещало. В диспетчерскую позвонили молодые люди и сообщили, что их приятель внезапно потерял сознание. Как выяснилось, угроза жизни была сильно преувеличена. На окраине Вологды медикам пришлось ждать 40 минут, и только потом они увидели двух пьяных парней, которые тащили к машине своего друга с пробитой головой. Когда пострадавшего затащили в карету «Скорой помощи», врачи попросили его собутыльников не мешаться под ногами и выйти на улицу. В ответ те пошли в рукопашную. Коллеги медиков говорят, драку из-за головы пострадавшего в их практике еще не было.

– Сотрудники очень опытные. Они не только привыкли работать в экстремальных ситуациях, создать такие условия, что невозможно.

Напавшим не повезло, подготовка у врачей оказалась ничуть не хуже.. Один из них – ветеран чеченской войны. Им удалось вытолкнуть пьяных из машины. Тогда те начали со всей силы молотить саму карету. От ударов нервных пациентов на ней до сих пор остались вмятины и треснувшие стекла. А медики в это самое время продолжали спасать их пьяного друга. Когда на место ЧП приехал полицейский патруль, нападавшие сразу успокоились.

– Вот этих двух молодых людей доставили во второй отдел полиции, где с них были взяты объяснения. В настоящее время уголовное дело пока не возбуждено. Ведется проверка данного факта. Дать точную правовую оценку произошедшего, сотрудники полиции смогут только после того, когда будет определена степень тяжести вреда здоровью, которые причинили работникам «Скорой помощи».

Врачи, между тем, сами оказались на больничной койке. У обоих сильно разбиты лица, общаться с журналистами они наотрез отказываются. В шоке от ночного ЧП весь коллектив станции. Некоторые уже думают, не время ли писать заявление об уходе. Говорят, от греха подальше. Работа все больше похожа на кровавое побоище. А защититься от пьяных пациентов человеку в белом халате просто нечем. Михаил Загаинов, Игорь Гробовиков, «Комсомольская правда» в Вологде.

Яковлев:

– Герман Пятов, мой вопрос, к вам. Возможно, кто-то подумает, ну а с кем не бывает? Нападают на людей, на прохожих, на учителей. Можно ли говорить о том, что действительно врач сегодня, врач «Скорой помощи», это такая дополнительная опасность.

Пятов:

– Не только врач «Скорой помощи», потому что моя профессиональная деятельность начиналась еще в Советском Союзе и намного более сильно работали милиция, органы внутренних дел. И в этом плане сотрудники были защищены лучше, чем сейчас.

Яковлев:

– Что значит, сильно? Как они были защищены?

Пятов:

– Во всяком случае, вот так с рук не сходило. Мы сейчас услышали, что полицейский заявил, что стоит вопрос о том, возбуждать или нет? Уголовное дело до сих пор не возбуждено. И при этом следом мы слышим, что сотрудники «Скорой помощи» находятся на больничной койке, лица их сильно разбиты. Я могу вам сказать, любой врач, любой немножко грамотный юридически человек скажет, что это уже достаточный повод, чтобы возбудить уголовное дело, если лица разбиты и есть телесные повреждения. То есть провести судебно-медицинскую экспертизу этих телесных повреждений. Это не вопрос, можно ставить диагноз, что есть черепно-мозговая травма. И это уже средняя степень тяжести. И 4-5 лет срок обеспечен.

Яковлев: – Герман, нападают-то на всех.

Пятов:

– На кого, на всех?

Яковлев:

– На прохожих. Или врач, это особое?

Пятов:

– Врач находится при исполнении служебных обязанностей. Я не юрист и не буду вдаваться в юридические, скажем, особенности. Это отягчающие или нет? Но, мы возьмем, даже не беря, что этот человек при исполнении служебных обязанностей, любой человек. Вот вы, я или кто угодно, на улице: разбили лицо – есть состав преступления, есть уголовная статья. Человека можно посадить спокойно, если юридически грамотно действовать. Почему здесь мы видим вмятины на машине. Это служебная машина, такие вмятины. Совершенно очевидные, есть масса свидетелей, есть двое пострадавших. О чем вообще разговор идет? Я не понимаю этого мычания, этого блеяния полицейского офицера. Он кто, офицер или это домохозяйка, которая что-то проблеяла нам в камеру?

Яковлев:

– Помимо того, что нужно менять правоохранительные органы, об этом говорят все и каждый день, нужны ли какие-то дополнительные меры защиты для врачей «Скорой помощи»?

Пятов:

– Я думаю, что, если здесь провести экспертизу правоведов, юристов, пожалуйста, если надо я подключу. Я руковожу довольно сильной общественной организацией, которая занимается помощью детям-сиротам. Но у нас сред добровольцев есть очень сильные юристы. Если нужно, мы проведем юридическую экспертизу существующих законов. Если врачи недостаточно защищены, я могу говорить не только о врачах «Скорой помощи». Я работал в экстренной хирургии, таких же пьяных, неадекватов обкуренных, наркоманов привозят в приемный покой

Шафигулина:

– Вам нужна юридическая помощь?

Пятов:

– Если мы говорим о том, что у нас недостаточно законов, закон должен быть один. Если человек при исполнении служебных обязанностей, неважно, тот же полицейский, мы видим пьяных, хамов, наркоманов на дороге, когда они начинают избивать полицейских. И потом они соскакивают очень легко. Им какие-то 15 суток, штрафы?

Шафигулина:

– Вы хотите, чтобы врачи «Скорой помощи» знали о своих правах? А речь идет о том изначально – обезопасить их…

Пятов:

– Наказание должно быть более жестким.

Яковлев:

– Более жесткое наказание вы предлагаете за нападение на врача.

Пятов:

– При нападении на человека при исполнении своих служебных обязанностей: не важно, кто это, врач, милиционер, полицейский.

Яковлев:

– Мы понимаем, что эта статья уже есть для сотрудников правоохранительных органов. Если вы нападаете на него – там более суровое наказание. Вы предлагаете эту статью и на врачей распространить?

Пятов:

– На любых лиц, вы понимаете, если вы прохожий, вы можете убежать. А человек при исполнении, он не защищен, он обязан выполнять свои служебные обязанности.

Яковлев:

– Через несколько минут в нашей студии появится юрист. И мы о законах, естественно. поговорим. Но я неспроста задал вопрос о каких-то конкретных способах защиты врачей «Скорой помощи». Потому что случай-то не единичный. Алла, я так понимаю, что в Кемерово нашли довольно необычный способ если не решить, то хотя бы немного попытаться решить эту проблему. Так что же придумали в Кузбассе?

Шафигулина:

– Решили вооружить всех врачей, работающих в «Скорой помощи» электрошокерами. Закупили для всей области и даже газовые баллончики закупили. Все это было сделано, потому что уже несколько лет растет статистика нападений на врачей.

Яковлев:

– Как давно произошла эта закупка и раздача сотрудникам?

Шафигулина:

– В прошлом 2011 году было 5 случаев, причем один очень серьезный. На врача напал пьяный хулиган с пистолетом. После этого случая, это был такой толчок, решили закупить электрошокеры, их раздали каждой бригаде в январе этого года и сегодня у нас сентябрь на дворе, и ни одного случая нападения.

Яковлев:

– Естественно, вопрос к врачу, Герман, это реальный способ?

Пятов:

– нам не с чем сравнивать, вот в этом году не было нападений. Сколько было в прошлом году? Сто было, двести?

Яковлев:

– Пять.

Пятов:

– А в этом – не было. Может быть, не сложилось. То есть само наличие электрошокера не привело к тому, что люди боятся нападать на врачей. Вот они и наркоманы, и алкоголики испугались, что у врача есть… Вот, поймите, здесь двое здоровых мужиков. Сказали медики, кто-то из них Чечню пошел, они дали отпор хулиганам. Они и без электрошокера… Но пожилая женщина, врач, фельдшер… Она не успеет вытащить., ей по репе дадут.

Яковлев:

– Герман, вы скептически относитесь к этой идее.

Пятов:

– Это может частично решить проблему – я не совсем скептически. Частично, может, и решит. Но я не верю, что это решит проблему полностью.

Яковлев:

– Давайте переместимся прямо сейчас в Кемерово. Именно там уже около полугода проходит эксперимент, где врачам раздают электрошокеры. Помогло ли это? Если посмотреть на статистику – 5 и 0, воде помогло. Но узнаем из первых уст. С нами на связи Сергей Киреев, врач «Скорой помощи». Сергей, добрый вечер! Как вам этот эксперимент? Когда вы получили электрошокер? Воспользовались ли вы им, когда-нибудь?

Киреев:

– Электрошокеры у нас появились буквально с начала года. Ими ни разу не пользовались, потому что, не дай бог, вообще ими пользоваться. А так для самозащиты, самоуспокоения, это неплохая вещь. Элементарно на самом деле даже отпор дать человеку в алкогольном опьянении.

Яковлев:

– Сергей, как вы считаете, решит ли такой способ раздачи электрошокеров врачам, проблему нападения целиком или нет? Или это маленькая мера?

Киреев:

– Это маленькая часть того что можно было сделать, буквально на защиту.

Яковлев:

– А что делать, на ваш взгляд, что бы вы сделали?

Киреев:

– Помимо того, что электрошокеры вводятся, еще вводятся трейсеры, это кнопки вызова вневедомственной охраны спецслужб, которые оказывают посильную помощь выездной бригаде.

Яковлев:

– Еще раз: это уже введено у вас в Кемерово? Некий помощник ваш?

Шафигулина:

– А вот то, что в этом году не было ни одного случая нападения на врачей, может быть, в этом как раз и хорошее слово нужно сказать этим электрошокерам и людям, которые их закупили?

Киреев:

– Люди все равно осведомлены, по крайней мере, жители нашего города, что медицинские работники сейчас снабжены электрошокерами.

Шафигулина:

То есть все знают?

Киреев:

– Да, это не секрет. Было информировано.

Яковлев:

– Сергей, я правильно понимаю, что с каждой бригадой едет еще такой охранник? Или нет?

Киреев:

– Нет, но это в принципе все реально. Трейсеры, это рабочая вещь, которая будет нужна для выездной бригады.

Яковлев:

– Спасибо. Получается такой психотерапевтический, скорее, эффект.

Шафигулина:

– Я думаю, психологически очень важно иметь при себе действительно газовый баллончик, электрошокер, потому что, допустим, женщине, как правило, их очень много, кто работает на «Скорой помощи», знать, как себя обезопасить, это очень важно, даже психологически. Допустим, в том же Курске, хочу показать, у меня такая стопка бумаг, это все случаи. На самом деле, очень много случаев по стране. Но в Курске меня очень сильно взволновал момент: женщину. Врача, которая приехала на вызов, ее просто хозяин дома запер в квартире и начал избивать. За то, что два часа она…. Если она выйдет на связь, мы можем у нее все спросить. Но дело в том, что очень страшный момент, человек приехал на вызов оказывать помощь, и тут его запирают и начинают избивать.

Пятов:

– Ей бы электрошокер не помог, ни психологически, ни физически.

Шафигулина:

– Разве? Она могла бы как-нибудь в начале…

Яковлев:

– К нашей дискуссии присоединился юрист, председатель коллегии адвокатов «Курганов и партнеры», Алексей Курганов. Мы обсуждаем сложную работу представителей «Скорой помощи». Первое предложение, это Кемерово. Там раздают электрошокеры. Герман Пятов скептически относится к этой идее. Как вам эта идея, может быть, не как юристу, а как человеку?

Курганов:

– Эту идею, как юристу, рассматривать не очень конструктивно. Ее с точки зрения общечеловеческих позиций следует рассматривать, почему? Потому, что врачи, это такие же полноправные граждане, как и мы с вами. И в том случае, если они не состоят на учете в наркодиспансере, если в психоневрологическом диспансере, то разрешительный отдел местный, который выдает разрешение на ношение травматического оружия, обязан выдать им разрешение на травматическое оружие.

Яковлев:

– Если они захотят.

Курганов:

– Поражать их в правах нет смысла и нет никакой правды.

Яковлев:

– Никаких юридических ограничений у этого опыта в Кемерово нет. То есть имеют полное право местные власти раздать врачам электрошокеры.

Курганов:

– Врачи имеют право взять электрошокеры и не только электрошокеры и иметь их при себе. И в том числе, при выезде на место происшествия в соответствии со своими профессиональными обязанностями.

Яковлев:

– Это ваша личная юридическая оценка: поможет – не поможет?

Курганов:

– Я считаю, что человек, который готов обороняться и имеет при себе оружие самообороны, этот человек немножко по-другому себя ощущает. Он увереннее, он дисциплинированнее. И эта моя точка зрения относится не только к травматическому оружию. Но, ежели, на наших врачей нападают, то, как мы можем оставлять их беззащитными?

Яковлев:

– Не могу тогда не спросить: предложение Германа Пятова, который изложил несколько минут назад, ужесточить наказание за нападение на людей, которые находятся при исполнении служебных обязанностей. Или, например, врачей. Сейчас для правоохранительных органов, может быть, расширить эту статью и на представителей «Скорой помощи».

Курганов:

– Понятно. Это просится к обсуждению – ужесточение мер по нападению. Хочется сакцентировать внимание на чем? На тех. кто нападает, как правило, не очень хорошо знакомы с нормами права. Не знаю, насколько это подействует. Как правило, человек, нападающий на врача, это наркоман, которому нужна доза.

Пятов:

– Он на милиционеров, на полицейских не нападает. Потому что он знает, что ему придется отвечать…

Яковлев:

– Герман Пятов прав, в том, что он говорит на полицейских нападать как-то страшнее, потому что сядешь на большее.

Курганов:

– Здесь некоторая ваша неосведомленность. Нападают и на милиционеров, и на инкассаторов, и на кого только не нападают.

Пятов:

– Это понятно, просто врач в глазах нападающего априори беззащитен. Вот был сюжет, что врачей избили, они лежат в больнице, госпитализированы, а полицейский говорит, что уголовное дело не возбуждено, потому что мы тут разбираемся, смотрим, изучаем материалы дела, есть ли там состав преступления. Какой вопрос? Телесные повреждения средней степени тяжести очевидны.

Шафигулина:

– Нет реальных наказаний. Я посмотрела статистику за последний год: за хулиганство.

Пятов:

– Он беззащитный этот врач, а ему дает этот шокер в надежде, что он не милиционер. Это не силовик, который, извините, способен без шокера. Вы меня этим шокером попробуйте остановить. Замучаетесь. И газовый баллончик меня не остановит, и травматический пистолет. Если наркоман, вы его этим не остановите.

Курганов:

– Мне кажется, что это несколько смежный вопрос, каким образом сделать наказание для такого рода преступников неотвратимым, достаточно жестким.

Пятов:

– Ударил врача – три года получи.

Яковлев:

– Мы приглашаем к разговору наших радиослушателей и телезрителей. Что делать с нападениями на врачей? Кто-то скажет, что это исключение из правил. Но помимо публикаций в «Комсомольской правде» зайдите в Интернет. Посмотрите: в Златоустье сотрудники «Скорой помощи», пытаясь оказать помощь больному, сами стали пострадавшими. В Великом Новгороде избили бригаду «Скорой помощи», в Волгограде напали на врача. Это лишь последние известия. Такие нападения исчисляются уже не единицами, десятками и даже страшно сказать, сотнями. Так что же сделать? Попытаемся ответить на этот вопрос вместе с вами. Врачи сами пытаются что-то сделать. Жарко обсуждали здесь идею законодательной инициативы, которая ужесточит наказание за нападение на врачей. Но свой выход нашли в Саратове. С нами на связи главный врач городской станции «Скорой помощи» города Саратова, Олег Андрющенко. Олег Владимирович, добрый вечер.

Андрющенко:

– Для того, чтобы эту проблему решить, естественно, мы проводим профилактику с вызывающими и больными, чтобы не было агрессии к сотрудникам «Скорой помощи». Кроме этого у нас были проведены учения по рукопашному бою, прошло 45 человек, чтобы умели за себя постоять. Хотелось бы, конечно, обратиться ко всем вызывающим, к больным и к их родственникам, чтобы к сотрудникам «Скорой помощи» относились с пониманием, и не было таких проблем, побоев или нанесения материального ущерба.

Яковлев:

– Олег Владимирович, мне кажется, что вы выполняете работу государства. Которое ни в силах защитить вас, и вы сами на свои силы организуете курсы самообороны рукопашного боя. Что должно сделать государство, на ваш взгляд?

Андрющенко:

– Это какие-то должны быть законодательные инициативы, более жесткие меры были применены к нарушителям, однозначно.

Шафигулина:

– А вот курсы обороны помогли? Как ваши врачи могут дать отпор?

Андрющенко:

– Любое обучение помогает жизни – будь то рукопашный бой, либо другие какие-то курсы.

Шафигулина:

– И женщины тоже готовы?

Андрющенко:

– И женщины участвовали тоже.

Шафигулина:

– А как долго вы учили этому искусству?

Андрющенко:

– В течение двух недель.

Пятов:

– Годами можно заниматься рукопашным боем и ничего не будет.

Яковлев:

– В Саратове организовали курсы самообороны. Но Герман Пятов не согласен.

Пятов:

– Я считаю, что это бред. Я занимался восточными единоборствами в молодости. И я более-менее неплохо подготовлен. Причем, занимался достаточно продолжительное время. Я могу сказать, поймите, медработник, врач, фельдшер, медсестра, это люди, заточенные совершенно по-другому. Это не те люди, которые могут дать отпор, будучи даже подготовленными. Это человек, который думает, чтобы человеку не навредить – первый принцип врача. Электрошокером, даже случайно задев не ту точку в организме, человека можно отправить на тот свет. И что этот врач – и психологически будет испытывать, и подумает, да лучше бы меня избили и убили. Чем я человека угробил – приехал помогать, спасать ему жизнь. Тем более смешно, там двое здоровых мужиков было, а тут пожилая женщина в возрасте – 55 лет. У нас далеко не молодежь там, на «Скорой» работает. Ну, даже не за два года вы такого человека не обучите.

Яковлев:

– Я хотел бы запустить голосование. Как вы считаете, надо ли ужесточать наказание за нападение именно на врачей? Выделить врачей в отдельную категорию, и если кто-то на них напал, то это им дается не два года, а три года.

Владимир:

– Владимир, у нас психиатрическая бригада «Скорой помощи». Мы сталкиваемся с очень многим. У нас проблема, что у нас ни государство, ни местная власть абсолютно не защищают. Нет у нас никаких шокеров, нет никаких травматических пистолетов. Кроме того, мы работаем абсолютно по тем же стандартам, что и врачи московской «Скорой», с такой же нагрузкой работаем, а зарплату получаем в разы меньше. Мы считаем, и мои коллеги считают, что в провинции «Скорая помощь» деградировала. И решить эту проблему местные власти и не могут, и не хотят. Возможный выход, это уход из профессии, что многие и делают.

Шафигулина:

– А случаи нападения бывают?

Владимир:

– Бывают и случаи нападения, и грубое отношение, и оскорбление бывает. А местные власти нас не защищают. Ничего они не предпринимают, чтобы нас защитить. И такая тенденция, что врачи просто уходит из профессии и фельдшера тоже. Страшный дефицит кадров, который нарастает.

Яковлев:

– Владимир, как власть должна вам помочь? Понятно, что увеличение финансирования. А какие еще есть меры предотвращения подобных нападений, на ваш взгляд?

Владимир:

– Это, во-первых, должны всем выдать разрешение на травматическое оружие. Обучить обращаться с этим оружием, потому что много женщин работает. И после этого при необходимости, если врач или фельдшер применит это оружие по отношению к агрессивным пациентам, либо даже не к пациентам: заходишь в подъезд, там алкоголики, наркоманы, все, что угодно. Чтобы врачи фельдшера никакой ответственности за это не несли. Потому что в нашей стране, сначала применишь оружие, а потом очень долго придется доказывать, что ты, даже находясь на службе, применил это оружие правомерно и что никаких последствий за это не будет. Я не знаю, как в Москве, но в провинции, это уход врачей-фельдшеров «Скорой» из профессии, дефицит нарастает и по всей видимости, будет нарастать еще больше.

Яковлев:

– Вот такая грустная картинка и мне кажется, что она касается не только города Владимира. Алексей Курганов насколько то предложение, которое мы услышали, реализуемо. Потому что звучит. Может, красиво, но, думается, что тяжело?

Курганов:

– И звучит красиво, и произнесено это человеком, который пропустил это через себя.

Шафигулина:

– Чувствуется по голосу, что устал человек.

Курганов:

– Одно дело – строгость наказания. Она еще не решила ни одной проблемы. Неотвратимость наказания это то, с чем стоит и с чем необходимо работать. Это первое. Второе, с каким достоинством, с каким самоуважением человек живет и несет это своим больным. Как он может чувствовать самоуважение? Как он может быть спокоен, если он заходит в подъезд. Где могут быть наркоманы, алкоголики, которые могут на него напасть, от которых он должен будет защищаться, а ему нечем. И. самое главное, третье тут прозвучало и это действительно соль проблемы. В нашем обществе, через нашу судебную практику пока нет четкого понимания того, что, если ты обороняешься, то ты прав. И действительно врач понимает, что, не дай бог, он применит это средство, то в суде доказать, что он оборонялся, доказать, что он не превышал пределов самообороны, будет практически невозможно. Если он кого-то действительно этим электрошокером зацепит и что-то случиться, он будет нести ответственность несоизмеримую с…

Яковлев:

– Приглашаю всех к голосованию: надо ли ужесточать наказание именно на врачей?

Сергей:

– Тюмень. Ужесточение надо вводить. Приравнять врачей к госслужащим, которые чиновники. Хотя чиновники меньшей опасности подвергаются. С движением техники у нас появились такие вещи, как GPS и т.д., тревожная кнопка в кармане. Для сотрудника «Скорой помощи», которая может передать координаты на пульт и сигнал тревоги, это очень поможет в том плане – оказать помощь сотруднику и где он находится? определить.

Пятов:

– Это прозвучало у нас в эфире. Коллега из Кемерово сказал, что им кроме электрошокера выдали трейсеры, это коробочка с тревожной кнопкой. Это действительно решение проблемы, это наилучшее из всех предложенных.

Григорий:

– Я из Москвы вам звоню. У меня вопрос к Алексею Алексеевичу, скажите, пожалуйста, как вы считаете, может быть, более эффективным способом защиты, в том числе и врачей, будет неизбежность наказания, а не раздача шокеров, травматических пистолетов или иных способов средств защиты. Может быть, сама неизбежность наказания, это и есть та цель, к чему надо стремиться. Для того, чтобы люди, которые совершают данное правонарушение, не были уверены в том, что они могут избежать данного наказания?

Курганов:

– Я раньше сказал, что, на мой взгляд, это основная и центральная проблема. И мы с вами в одном ключе думаем: действительно, неотвратимость наказания это то, что по-настоящему влияет на порядок в обществе, никак не его строгость.

Яковлев:

– Вы против ужесточения наказания за нападение на врача?

Курганов:

– Если мы с вами обратимся к Уголовному Кодексу, вы увидите, что наказания достаточно строгие уже сейчас. Если бы они все достигали своих адресатов, то…

Пятов:

– Я считаю, что этот вариант с трейсерами, наилучший на сегодняшний день потому, что одним движением кнопки, приезжает вневедомственная охрана. Потому что, если он начинает по телефону вызывать милицию, это полчаса – сорок минут. А так вневедомственная охрана – приезжают 10-15 минут. Бригада, три мужика, вооруженные автоматами. И там любые: наркоманы, пьяные, дебоширы будут скручены, доставлены в обезьянник и дальше с ними уже разберутся.

Шафигулина:

– Я считаю, что все случаи хороши, то есть нужно делать все возможное.

Яковлев:

– С этим не поспоришь. Хочется к нему не возвращаться, но, к сожалению, видимо, еще неоднократно мы к нему вернемся. Результаты голосования: 95 процентов нашей аудитории считают, что необходимо ужесточать наказание на нападение именно на врачей. 5 процентов считают, что этого делать не нужно. Спасибо всем проголосовавшим. Печальная статистика много говорит не только о состоянии «Скорой помощи», но и в целом нашего общества и, конечно же, правоохранительных органов. Законодательство тоже нужно менять.

<<Самые интересные эфиры радио "Комсомольская правда" мы собрали для вас ЗДЕСЬ >>

Подпишитесь на новости:

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ