2016-07-14T10:30:19+03:00

За пользование услугами бомбил предлагают штрафовать... клиентов!

Пока в городе не будет хватать маршруток, нелегальных таксистов не удастся искоренить

00:00
00:00

Любимые точки бомбил – вокзалы: и клиентов много, и цену задрать можно Фото: Евгения ГУСЕВА

Любимые точки бомбил – вокзалы: и клиентов много, и цену задрать можноФото: Евгения ГУСЕВА

В прямом эфире радио и телеканала КП автомобильный обозреватель «Комсомольской правды» Андрей Гречанник, председатель межрегионального профсоюза работников общественного транспорта «Таксист» Ярослав Щербинин, президент Коллегии правовой защиты Виктор Травин и ведущий Александр Яковлев спорят, кто должен платить штраф за нелегальный извоз: водитель или клиент.

Яковлев:

– Здравствуйте. Это программа «Я – против!». Дискуссия началась еще до начала эфира. С чего вдруг?

Гречанник:

– Дискуссию начали не мы. Дискуссия ведется давно. Ситуация сложная. В Москве – своя специфика, в регионах – своя специфика, так или иначе такси в нормальную цивилизованную форму у нас сейчас практически нигде не смогли привести. У нас проходят теперь уже съезды таксистов. У нас действует закон. Его достаточно много критикуют, хотят поправить. Тем не менее ситуация прежняя. Такси опаздывает, такси дорогое. В то же время бомбилы стоят везде, они не сменили свои спортивные костюмы на белые рубашки, они не испугались того, что за незаконные шашечки и незаконные фонари теперь штрафуют, могут машины под арест забрать. Все продолжается в том же русле. Что делать? Об этом мы хотим поговорить.

Яковлев:

– Давайте со штрафов начнем. Виктор Травин, первый вопрос к вам. Я правильно понимаю, что вы считаете, что штрафовать можно не только водителей, как это делается сейчас, но и клиентов?

Травин:

– Да, наверное, эта мысль кажется на первый взгляд абсурдной. Если я сажусь в машину, которая не является официальным такси, я понимаю, что с некоей суммой денег, которую я плачу за оказанную мне услугу, водитель, а-ля таксист, не заплатит налоги, то я тоже являюсь соучастником правонарушения. А более правильно сказать – морального проступка. К сожалению, наше законодательство не урегулировало эту проблему. Если бы это сделало, было бы намного проще. Я глубоко убежден, что начинать нужно не с бомбежки бомбил, а с бомбежки клиентов. Надо работать с клиентами. У нас, к сожалению, с ними не работает никто. Мы с вами говорили перед эфиром, что в Кемерово десять лет назад трудно было поймать бомбил. Я опозорился полтора года назад. Я в Германии полтора часа стоял на улице, ловил такси. Подошла некая фрау. Она не думала: француз, я, поляк или чех. Она сразу поняла, что я из российской деревни под названием Россия. На ломаном русском языке она сказала: «Вы россиянин?». Я скал: «Да». Она сказала: «Вы не ловите такси здесь. Вы не поймаете его никогда. У нас никто никогда не остановится. У нас народ приучен нажимать на кнопочки». Мне показали: ближайшая кнопочка за автобусной остановкой в маленьком киоске. Я подошел, кнопочку тыркнул, такси через четыре минуты подъехало. Вот с чего нужно начинать. С воспитания культуры потребления. В чем виноваты бомбилы? В них есть потребность. Это мне напоминает борьбу с проституцией. Всем хорошо. Органы борются, получают зарплату, им хорошо. Проститутки делают свое грязное дело, им хорошо. А мужикам-клиентам вообще просто прекрасно. Так надо ли воевать с бомбилами? Нужно воевать с теми, кто потребляет их услуги. Или как минимум воспитывать культуру потребления.

Яковлев:

– Позволю себе провести аналогию. Если человек дает взятку, он тоже нарушает закон и отвечает в соответствии с уголовным кодексом.

Травин:

– Это не взятка, потому что таксист не есть должностное лицо.

Яковлев:

– Я не сравниваю напрямую. Но если уж ты сел к бомбиле, то должен нести определенную ответственность. Так получается.

Травин:

– Да. Пока законодательно трудно какую-то правовую норму притянуть. Если бы я был законодателем, то квалифицировал, как соучастие в правонарушении. Для начала хотя бы в моральном.

Яковлев:

– Ярослав Щербинин, как вам это предложение? Клиенты тоже должны отвечать перед законом?

Щербинин:

– Недавно разговаривал с таксистами. Они предлагали те же вещи. Но все разбивается о механизм штрафования. Придумать сам процесс, каким можно поймать и наказать пассажира, ни у кого фантазии не хватило. Лучше бороться с тем, с чем можно реально бороться. Процесс и механизм борьбы уже изобретен. Чем строить новые законы, которые невозможно воплотить.

Щербинин:

– Проблема имеет двоякий характер. Есть острый спрос на бомбил. В регионах, в малых и средних городах, где работы не так много, мужики возят друг друга. Там частный извоз такого рода востребован не с точки зрения перемещения из точки А в точку Б, а просто я сегодня выпиваю и могу со всей компанией за 50 рублей на другой конец города доехать, потому что у меня сосед бомбит. А завтра сосед выпивает, а я уже таксую. Это не бизнес. Там нет издержек, всей структуры, которая присуща любому коммерческому проекту. Там есть просто поддержание штанов.

В Москве другая ситуация. Человек живет не в шаговой доступности от метро. А вот на остановке общественного транспорта стоят три очереди. Одна – на автобус, вторая – на маршрутное такси, третья – к бомбилам. Как правило, это дешевые старые «десятки» или «Дэу Нексия». Он посадит в салон четырех человек, они заплатят фактически стоимость проезда на маршрутке. Он довезет их до метро и вернется назад. Он ходит как маршрутное транспортное средство. Есть острая потребность. Пока ее не смогут побороть, частный извоз у нас не изничтожится.

Травин:

– Большинство наших людей пользуются нелегальным извозом. Поэтому вопрос о том, чтобы их штрафовали, будет решен однозначно. Конечно, они будут против. Никто не хочет, чтобы его штрафовали. Я раза три оговаривался. Не уголовная, не административная, а некая моральная ответственность, которая должна выливаться, может быть, в порку, в принудительные работы или в извинения перед обществом на Красной площади. Должен быть комплексный подход, в том числе и с помощью отбивания охоты пользоваться услугами бомбить. Почему эту охоту у нас невозможно будет отбить никогда? Да потому что в России мы такси не вызываем. Мы с ним договариваемся. А в Европе такси вызывают. До тех пор, пока так примитивно мы это будем делать, мне будет проще выйти на улицу и махнуть рукой.

Яковлев:

– Я поддерживаю ваше предложение штрафовать в том числе клиентов.

Гречанник:

– Вы, видимо, давно такси не пользовались. Сейчас прогресс шагнул далеко. По крайней мере, в Москве. Есть целый ряд систем, которые предлагают клиенту без общения с оператором, нажав на несколько кнопочек в телефоне, даже не забивая свой адрес, за счет GPS, вызвать такси. Сейчас результат достиг того, что такси приезжает в районе 15 минут.

Травин:

– Я должен в телефон какую-то программу для этого установить? Надо за нее заплатить?

Гречанник:

– Я бесплатно скачал эту программу.

Травин:

– Это сложно. Это уже перехлесты XXI века. А там просто зашел в магазин, кнопочку нажал в кафе и сидишь, чай пьешь. Не успел допить – уже приехали.

Яковлев:

– Результаты голосования. 40 % нашей аудитории поддерживают инициативу штрафов. Люди считают, что клиенты должны тоже подвергаться штрафам, если они едут вместе с бомбилой. 60 % выступают против. А что делать? Может, вообще бороться не нужно?

Звонок, Анатолий:

– Барнаул. Мысль утопическая – штрафовать клиентов. Клиент не всегда может разобраться, легальный таксист или нет. Начнут штрафовать пенсионеров – людей не сильно сведущих в действующем законодательстве.

Травин:

– Механизм изобрести довольно сложно, потому что никакой клиент никогда не скажет никакому органу дознания, следствия или сотруднику полиции, что да, я вот тут тачку нанял, буду бабло платить, берите меня за жабры. Я предлагаю работать и с клиентом. Работу надо начинать с него. Надо воспитывать культуру потребления, в том числе и с помощью СМИ.

Яковлев:

– Может, рынок победил законы? Рядом с моим домом стоянка. Там нелегальные таксисты. В 10 метрах – отделение ОВД. Ничего не происходит. Может, и делать с этим ничего не надо?

Травин:

– Надо делать. На моем веку вопросы с бомбилами решали и мордобитием, частники били морды таксистам и наоборот. Было порядка десятка постановлений правительства Российской Федерации, правительства Москвы. А воз и ныне там. И ничего не действует.

Яковлев:

– А зачем бороться?

Травин:

– Потому что государство не получает налоги. Мы не знаем, к кому садимся в машину.

Яковлев:

– Безопасность и уход от налогов.

Щербинин:

– Нелегальные таксисты отнимают хлеб у легальных таксистов.

Травин:

– А может, наоборот.

Яковлев:

– И у них есть конкурентное преимущество, потому что налоги не платят.

Щербинин:

– Они все поснимали шашечки, замаскировались. Закон в основном обращен на легальных перевозчиков. Легального перевозчика поймать и заметить всегда проще, чем доказать вину нелегала.

Травин:

– Докатились до того, что теперь выгодно быть нелегалом.

Яковлев:

– Вопрос слушателям: для вас принципиально – официальный это перевозчик или бомбила?

Звонок, Владислав:

– Для меня это принципиально. Потому что я катаюсь на автомобиле, а супруга с детьми – иногда беспокоишься, объясняешь, что ловить не надо. Но сам бомбил иногда. Я категорически против перекладывать ответственность именно на клиента. Почему мы должны выполнять функцию государства? Нужно разбираться. Если разобраться, у нас и такси нормального в городе нет. Я сейчас говорю о Москве, о городах ближайшего Подмосковья. Ты едешь, счетчик не включают, чек не выдают. Это все филькина грамота. Первые законы подействовали, но нужно создавать инфраструктуру. Отдельные полосы для такси. Они должны свободно ездить по городу. Чтобы я знал, взяв машину с шашечками, что доеду быстро и безопасно. Тогда у меня будет стимул садиться в такси. И расценки надо контролировать. Бомбилы стоят в аэропортах, на вокзалах. Там нужно наводить порядок. А полиция ничего не делает.

Яковлев:

– Давайте по одному рецепту, что делать, чтобы было цивилизованное такси в Москве.

Щербинин:

– Создание межведомственной комиссии, в которую войдут кроме сотрудников ДПС экономическая полиция и миграционная служба.

Травин:

– У меня нет рецепта. Я отдаю себе отчет в том, что, что бы ни делало наше государство и правительство Москвы, бомбила всегда остается в более выгодном положении. Эта проблема в нынешних условиях неразрешима.

Яковлев:

– Ждем идей от наших слушателей.

Щербинин:

– Мы направили в мэрию предложение по созданию межведомственной комиссии. Чтобы контролирующие органы не перекладывали ответственность за борьбу с нелегальными перевозчиками друг на друга. Комиссия будет регулярно заниматься этим вопросом. Мы предлагали свое участие, чтобы контролировать, тонизировать и постоянно им напоминать, что надо делать.

Яковлев:

– Вы – специалисты в этой теме. Но я понимаю, что эти комиссия – абсолютно бессмысленное дело. Соберутся, потрындят и разойдутся.

Щербинин:

– Если мы будем постоянно им напоминать, постоянно писать письма, если они не выполняют свои функции, постоянно делать рейды.

Яковлев:

– А что конкретно они будут делать?

Щербинин:

– Есть контрольная закупка. Садится человек к нелегалу.

Яковлев:

– Это задача правоохранительных органов.

Щербинин:

– На данный момент им это неинтересно по ряду причин.

Яковлев:

– Появится коллегия – и сразу забегают?

Щербинин:

– Чтобы они бегали, мы специально и создаем, пытаемся это направить. Пишем письма.

Травин:

– А в этой межведомственной комиссии кто будет заниматься контрольными закупками? Сотрудники правоохранительных органов? Или какая-то Мария Александровна Иванова, которая там работает бухгалтером?

Щербинин:

– ОБЭП.

Травин:

– А почему, если вчера их не хватало на все, то после создания комиссии будет на все хватать? Откуда такая уверенность? В Москве сотрудников полиции на одну душу больше, чем в других городах, тем более в Европе. На всех бомбил не хватает. Чтобы поймать, произвести хотя бы одну контрольную закупку руками сотрудника полиции, на одного бомбилу примерно раз в год и три месяца выпадет такое счастье. Остальное время он спокойно зарабатывает на этом незаконно бабки.

Щербинин:

– Регулярные проверки.

Травин:

– Какими силами?

Щербинин:

– Три человека – экономическая безопасность, три человека – ДПС, три человека – миграционная служба.

Яковлев:

– Вот они поймают бомбилу. Зафиксировали и доказали. И что?

Травин:

– 2000 рублей за незаконное предпринимательство.

Щербинин:

– 5 тысяч штраф за незаконный перевоз.

Яковлев:

– Это остановит?

Щербинин:

– Если сейчас наращивать эти штрафы, но ничего не делать, ситуация останется такой же. Если через три месяца результата не будет, тогда можно думать о законотворческих проектах.

Травин:

– Просто извоз будет чуть дороже, потому что взяток будут много давать.

Яковлев:

– Критикуя – предлагай.

Яковлев:

– Что-то делается в Москве? Я читаю, что машины конфискуют…

Гречанник:

– Нужно четко себе представлять, что при этом машину не конфискуют. У нас не могут забрать собственность. Временно арестовать ее могут.

Травин:

– А за что?

Щербинин:

– Как средство, используемое в нелегальном предпринимательстве. Арест до решения суда. Временный.

Травин:

– И такая мера уже применяется?

Яковлев:

– Как часто это применяется?

Гречанник:

– Не так часто. У полиции нет сил на это. Сейчас ДПС уже не экипажами по два человека ездят. Они ездят по одному человеку в машине. Полицию сократили. Прошла кампанейщина. Вот запретили тонировку, ужесточили санкцию. Прошел вал нападок на тех, кто ездит с тонировкой. Сейчас стали ужесточать нормы по поводу такси, пробежались они, нашли нарушителей. А дальше – все то же. 400 случаев – это не так много для многомиллионной столицы. Мы говорим о такси как о бизнесе. Мы говорим о том, как люди к этому относятся. То есть о культуре получения услуг. Есть еще криминальный аспект. Таксист в нашей стране традиционно воспринимается как околокриминальный деятель. Зачастую бомбил крышуют ребята, которые носят массивные золотые перстни, родом из 90-х.

Травин:

– Я – бомбила-нелегал. Чем вы можете меня соблазнить, чтобы я пришел в легальное такси?

Щербинин:

– Сейчас Москва делает порядка 200 стоянок около транспортно-пересадочных узлов. Под знаком «Стоянка такси» – приравнивается как «Стоянка общественного транспорта» Штрафуется на 5 тысяч рублей. Доказательство – один раз сфотографировать. Если вы стоите у метро, вы подъезжаете под знак, вас никто не штрафует.

Травин:

– Я зарегистрировал свою машину на бабушку. А с нее взять нечего. И могу спокойно нарушать дальше. Потому что штрафы будут приходить к ней.

Щербинин:

– Она один раз получит такой штраф, на второй напишет отзыв машины.

Травин:

– Моя бабушка не напишет.

Щербинин:

– Вас остановят у поста ДПС, вы будете ловить машину добраться до метро. Пробивают, что на владельце машины висит много административных штрафов. Машину задерживают.

Травин:

– Произвол. Незаконное задержание транспортного средства, при наличии даже хотя бы одного неоплаченного штрафа. Если такое у вас происходит на дороге – немедленно в прокуратуру, в службу собственной безопасности.

Яковлев:

– Так что же делать? Бомбил бесконечное множество. Вроде как это плохо. И безопасность пассажиров. И неуплата налогов.

Валерий:

– Я считаю, что наших правителей этот вопрос сильно не интересует. Во времена Советского Союза были таксопарки и все было узаконено. Было техобслуживание, медосмотр. Люди не боялись обращаться к таксистам. Надо возвращаться к тому опыту.

Алексей:

– Я из Владимира. У нас бомбил нет. Если в Москве будут нормальные официальные таксисты брать не тысячу-полторы за поездку, а 300-400 рублей, то к ним будут обращаться. А вообще идея отличная – штрафы для потребителя услуг неправильный. Ее надо расширить. Если ты на велосипеде ездишь, тебя обязательно надо штрафовать, потому что государство недополучает налогов, акцизов за бензин. А нефтяные компании не получают прибыль. Также надо штрафовать тех, кто печку топит не газом, а то Газпром прибыль не получает. Вы с ног на голову все поставили. Надо о себе думать.

Гречанник:

– Ярослав, какова нормальная справедливая стоимость проезда на такси в столице? Чтобы и бизнес таксиста состоялся, и человеку было по карману.

Щербинин:

– Могу назвать расценки. 70-100 рублей посадка, 25 рублей километр, 12-15 рублей минута.

Травин:

– А обыкновенного бомбилу я беру без посадочных и подгонных 100 рублей.

Щербинин:

– Подача машины – это подготовка к осуществлению вашей услуги.

Травин:

– Вы меня уже почти соблазнили. Почему других соблазнить не можете?

Щербинин:

– Те системы, про которые я вам рассказывал, они уже разработали программы, при которых эти тарифы уже будут действовать. Не будет минимальной стоимости поездки по 30-40 минут.

Травин:

– Сколько нелегалов перешло в легалы за последнее время?

Щербинин:

– 18 тысяч сейчас легальных перевозчиков в Москве. И столько же в области. Если раньше легальными перевозчиками считались только юрлица, их половина из 18 тысяч, то 9 тысяч – это индивидуальные предприниматели, которые зарегистрировали и взяли разрешение.

Яковлев:

– Верите ли вы в том, что наше государство, чиновники, коллегии и депутаты смогут победить и решить эту проблему нелегального извоза?

Щербинин:

– Скажу однозначно, что перекладывать эти действия на чиновников нельзя. Мы можем победить всем вместе. В результате регулярных рейдовых проверок через 3-6 месяцев в Москве будет 90 % легальных такси.

Травин:

– Исключено. Нам сегодня предлагают прийти на работу в такси, где нам говорят: купите счетчик, купите шашечки, купите лицензию, потратите на это кучу денег. В день вы на нелегальном извозе получали 20 тысяч, мы вам такие льготы предоставим, что вы будете получать 9 тысяч. Меня это не устраивает. Поэтому нужно работать не с бомбилами, с теми, кто потребляет эти услуги.

Яковлев:

– Спасибо за этот разговор.

<<Самые интересные эфиры радио "Комсомольская правда" мы собрали для вас ЗДЕСЬ >>

Подпишитесь на новости:

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ