2016-07-14T10:30:19+03:00

В России возрождаются жилищно-строительные кооперативы

Причем государство бесплатно выделяет для этого участок, подводит коммуникации и помогает с документами

00:00
00:00

Правительство решило возродить жилищно-строительные кооперативы Фото: Михаил ФРОЛОВ

Правительство решило возродить жилищно-строительные кооперативыФото: Михаил ФРОЛОВ

В прямом эфире радио и телеканала КП спорим, станет ли в ближайшее время жилье доступнее.

Яковлев:

– Это программа «Я – против!». Дл вас работает Александр Яковлев. Сегодня мы будем говорить о возрождении жилищно-строительных кооперативов. Станет ли жилье доступнее? Сегодня в дискуссии принимает участие руководитель дирекции социально ориентированных проектов Федерального фонда содействия развитию жилищного строительства Наталья Коротченкова и член градостроительного совета фонда «Сколково», аналитик, эксперт, член Общественного совета при правительстве Московской области по проблемам долевого строительства Сергей Журавлев. Также в студии специальный корреспондент «Комсомольской правды» Евгений Арсюхин.

Для начала маленький ликбез. Потому что фразу «Станет ли жилье доступнее» приятно слушать. А вот что такое жилищно-строительные кооперативы, многие помнят, а многие даже не знают, о чем идет речь. Так вот, о чем идет речь?

Арсюхин:

– Если брать историю, в конце 50-х годов стало понятно, что единая государственная система строительства не справляется с запросами людей. То есть Госплан не успевает планировать, государственные компании не успевают строить, а людям нужно жилье. С другой стороны, у людей накапливались деньги, просто потому что товаров в Советском Союзе всегда было меньше, чем денег, и у многих категорий людей скапливались деньги. Тогда решили пойти на беспрецедентный шаг, возможно, это было отчасти связано с «оттепелью» пресловутой, ввести такой элемент капитализма. То есть людям разрешили объединяться в некие кооперативы, землю им давали бесплатно, просто потому, что земля вся была бесплатная. Люди возводили коробку с отделкой (тогда не делали без отделки) по себестоимости. Стоило это удовольствие чуть дороже, чем машина «Жигули», то есть порядка 6 тысяч рублей. Вносить надо было 40% сразу, остальное – кредит на 15 лет под 0,5%. И многие этим в Советском Союзе пользовались.

Понятно, что все это потом развалилось. Последний кооперативный дом был построен в 1989 году. В нулевые годы были попытки все это возродить, но, к сожалению, не очень удачно. В 2003 году в Северном округе Москвы некий кооператив создался, но их очень быстро прижали, сказали, что это точечная застройка, не имеете права.

Яковлев:

– С чего вдруг мы сегодня об этом заговорили?

Арсюхин:

– Потому что появляются идеи, уже подкрепленные законодательством, эту практику возродить. Но вопросов много.

Яковлев:

– Наталья, Федеральный фонд содействия развитию жилищного строительства это крупнейшая госкорпорация, которая занимается развитием жилищного строительства. Вы планируете возродить жилищно-строительные кооперативы?

Коротченкова:

– Да, действительно, в последнее время законодательство сильно совершенствуется. За последний год были внесены изменения в закон о создании Федерального фонда содействия развитию жилищного строительства, в котором появилось новое его направление деятельности – оказание содействия жилищно-строительным кооперативам. Это действительно та старая забытая форма обеспечения людей жильем, которая позволяет, с одной стороны, людям непосредственно контролировать процесс строительства, а с другой стороны, при определенных льготных условиях позволяет существенно снизить стоимость квадратного метра жилья.

Если коротко рассказать о схеме, то Фонд оказывает содействие жилищно-строительным кооперативам в трех формах. Это бесплатное предоставление земельного участка для строительства, причем как кооперативу, так впоследствии и гражданину в собственность. Это оказание содействия в обеспечении земельного участка инженерной инфраструктурой. И третья форма поддержки – это безвозмездное предоставление проектной документации кооперативу. По нашим экспертным оценкам, оказание таких форм содействия позволит в конечном итоге снизить стоимость 1 квадратного метра жилья на 25-30%.

Яковлев:

– Я правильно понимаю, что я со своими друзьями могу прийти к вам, если у нас есть кооператив, и вы (фактически государство) дадите нам бесплатно землю, подводите коммуникации и дадите проектную документацию?

Коротченкова:

– Нет, это не совсем так. Пока кооператив на земельных участках фонда создается из отдельного числа категорий граждан. Это такие приоритетные категории, как работники высших учебных заведений, работники системы государственных академий наук, врачи, преподаватели школ, работники бюджетных учреждений здравоохранения, военнослужащие и т.д. Вообще идея была в том, чтобы первоначально опробовать этот проект на земельных участках фонда, поскольку фонд является институтом развития, и он реализует пилотный проект для последующего массового тиражирования.

Яковлев:

– То есть это могут сделать учителя, ученые, военнослужащие?

Коротченкова:

– Да. Определенные категории людей.

Яковлев:

– Сергей, вроде совершенно здравое, понятное, хорошее предложение, все так замечательно. Вы согласны с такими оценками или нет?

Журавлев:

– Принятое ныне решение, безусловно, благородное. Оно благородно вдвойне, потому что, с одной стороны, государство предоставляет существенные льготы участникам этой формы кооперативов, а с другой стороны, приставляет к кооперативам большую няньку. Эта нянька заботится о них чуть ли не всю оставшуюся жизнь этого жилья и социума, в нем живущего. Безусловно, это не есть классическая нормальная форма жилищно-строительного движения, альтернативного коммерческому. К сожалению, в России эту форму заместило долевое строительство. Тоже некоммерческая форма якобы строительства, приводящая к коммерческим ценам на жилье. Как я понимаю, фонд сегодня стремится все-таки снизить цены для определенных категорий граждан. Это хорошо. Но это все-таки промежуточная или субсидируемая государством прогосударственная или подгосударственная форма кооперативного содействия гражданам в приобретении жилья со своими довольно жесткими ограничениями.

Яковлев:

– В чем конкретные минусы? Вот сидит сейчас и слушает нас молодой учитель в Сыктывкаре и думает: круто, побегу делать кооператив, государство мне и землю, и коммуникации, и проектную документацию предоставит. А где минусы-то?

Арсюхин:

– Кстати, как побежит и как сделать? Действительно, учитель в Сыктывкаре – хороший пример. Он подпадает, но, может быть, он там один, не найдет единомышленников. Действовать-то как?

Коротченкова:

– Если просто процедура, действительно фонд сейчас реализует уже 15 проектов создания жилищно-строительных кооперативов в различных регионах, начиная от Московской области. Первый пилотный проект у нас существует в Новосибирской области, следующий – Приморский край, остров Русский. Процедура довольно проста в принципе, она изложена в законе. Если это на примере учителя будем говорить. То, что касается работников общеобразовательных учреждений, предусмотрена следующая процедура. Органы местного самоуправления формируют первоначальные списки. Потому что, как правило, школа это муниципальное учреждение. А затем у нас существуют еще общеобразовательные учреждения, которые находятся в ведении субъекта. Соответственно муниципальные органы представляют в субъект, он формирует окончательный список и направляет ходатайство в фонд. При этом для формирования списка нужна проверка требований, которые сейчас существуют. Это наличие стажа работы, отсутствие земельного участка у гражданина.

Арсюхин:

– Дачного в том числе?

Коротченкова:

– Дачного – нет. Земельного участка, предоставленного для индивидуального жилищного строительства. То есть, если у гражданина есть участок для садоводства, огородничества, либо по сделке, либо по наследству ему достался земельный участок, он все равно имеет право быть включенным в списки членов кооператива. Соответственно ходатайство субъект подает в фонд, и фонд начинает процедуру передачи земельного участка в собственность фонда. При этом фонд, помимо тех форм поддержки, о которых я говорила, занимается полностью тем юридическим оформлением земельного участка, который необходим для предоставления его для жилья.

Яковлев:

– То есть учителю в Сыктывкаре для начала надо…

Коротченкова:

– Подать заявление в органы местного самоуправления, сообщить о том, что он желает быть членом кооператива. В любом случае консолидирует списки на первом уровне муниципалитет, на следующем уровне субъект, и он же обращается с ходатайством в фонд.

Яковлев:

– Сергей, что вам не нравится во всей этой затее возрождения жилищно-строительных кооперативов и государство в виде няньки?

Журавлев:

– Во-первых, это суррогат собственности.

Яковлев:

– Поясните, о чем идет речь.

Журавлев:

– Я совершенно четко понимаю, что пай это нормальная форма собственности. Но в данных кооперативах пай специфический, он передается только таким же гражданам, имеющим право на участие в таких формах кооперативов.

Арсюхин:

– Просто продать не могут?

Журавлев:

– Просто продать не могут.

Коротченкова:

– Могут продать, но не всем.

Журавлев:

– Собственность в этом случае подразумевает капитализацию, управление капиталом. Этого в кооперативах данного типа нет.

Арсюхин:

– То есть это распоряжение собственностью. Это форма муниципального жилья фактически.

Журавлев:

– Нет, она имеет определенную стоимость, выраженную в деньгах. И она зависит тоже от рыночной конъюнктуры в той или иной форме, потому что покупательная способность будущих пайщиков может быть разнообразной.

Яковлев:

– Следующий вопрос. Я учитель из Сыктывкара. С трудом, добив местные власти и вложив в любом случае свои деньги, я получил какую-то неполноценную собственность. Кому я могу эту собственность продать?

Коротченкова:

– Я не соглашусь с тем, что это суррогат частной собственности. На самом деле это не так. Потому что на определенный момент, пока дом не введен в эксплуатацию, пока не профинансировано полностью строительство, действительно, пай в наших кооперативах, которые создаются на земельных участках фонда, можно продать только определенным категориям гражданам, которые имеют право на вступление в кооператив. Причем предусмотрен тот случай, когда, допустим, в городе Сыктывкаре не нашлось другого учителя или другого работника бюджетной сферы, который сможет этот пай купить. В данном случае есть возможность приобрести пай самим кооперативом как юридическим лицом. И в этом случае это будет инвестиционная деятельность, которую будут осуществлять члены кооператива, просто они так договорились. Просто у них увеличиваются их расходы, но в последующем жилое помещение будет собственностью кооператива и, продав ее, свои затраты они могут покрыть.

Яковлев:

– Если дом построен, я могу кому угодно продать квартиру?

Коротченкова:

– После того, как дом введен в эксплуатацию, нет ограничений на распоряжение этим жилым помещением. Вы можете продать любому лицу на рынке, и совершенно не тем категориям граждан, которые определены у нас.

Яковлев:

– И по любой цене?

Коротченкова:

– Абсолютно по любой цене.

Яковлев:

– Допустим, все умирают, и учитель из Сыктывкара тоже. Что будет с этой квартирой? Она переходит по наследству?

Коротченкова:

– Давайте определимся с периодами. Если все-таки он скончался в период, когда является владельцем пая, членом кооператива. В данном случае наследники наследуют по общим правилам, которые предусмотрены гражданским законодательством. И здесь ограничений нет никаких. То есть неважно, его наследники относятся к той категории или нет. Исключение сделано для тех случаев наследования и ограничение продажи пая определенным лицам. Для этого случая ограничение не действует.

Яковлев:

– То есть скончался учитель из Сыктывкара, вне зависимости от того, когда эта трагедия произошла, это переходит его наследникам?

Коротченкова:

– Если эта трагедия произошла до ввода дома в эксплуатацию, пай не выплачен полностью, его наследники становятся членами кооператива. Либо, вступив в права наследования, продают его.

Арсюхин:

– Либо если дом еще не построен, либо если не выплачен пай. Фактически если не выплачен пай, потому что второе наступит явно позже.

Яковлев:

– Сергей, почти что полноценная собственность.

Журавлев:

– К сожалению, я этого не нашел в нормативах и законодательстве. Поэтому дай бог, если так будет. Но надо помнить о том, что большинство таких кооперативов в той или иной степени подведомственны Академии наук ли, государственным унитарным предприятиям ли и т.д. По сути, во многом диктовать волю этим кооперативам будут они, в том числе и в управлении. И риски управления здесь возникают серьезные. Управление не самостоятельное, не самодеятельное кооперативов, а, по сути, подведомственных учреждений. Это наводит на определения опасения в будущее такого движения.

Яковлев:

– Какие конкретно опасения? Мы понимаем, что есть кооператив, подведомственный, например, какому-нибудь научному институту. Какие я несу риски как ученый, младший научный сотрудник?

Журавлев:

– Любой дефицит порождает либо спекуляции, либо интриги. Представьте себе, что списки первоначально формирует ректор университета. Понятно, что он будет отбирать, по его мнению, лучших, имеющих на этот кооператив тех или иных прав. Давайте все вспомним замечательный фильм «Гараж». И каким образом не допустить таких отношений и в кооперативах внутри, и по отношению к кооперативам из ведомств, рекомендующих людей в пайщики, это, наверное, одна из сложных социальных задач.

Арсюхин:

– В общем, не свободный вход в эту систему.

Яковлев:

– Наталья, не превратится ли благое начинание российских властей в повторение замечательной комедии «Гараж»?

Коротченкова:

– Все-таки фильм «Гараж» не о том, как надо вступать в кооператив. Это тот процесс рабочий описывается, когда они действительно между собой решают самый сложный вопрос, который может возникать в любом кооперативе, – где находится тот земельный участок, где будет строиться жилье именно для меня. К сожалению, каких-либо законодательных рецептов от этой ситуации нет. То есть в любом случае это решение общего собрания, где граждане между собой договариваются, как распределяются жилые помещения и земельные участки по месту их расположения. В данном случае, мне кажется, не нужно в это вмешиваться, потому что такая корпоративная процедура это решение самих граждан.

Яковлев:

– Мы понимаем, что будут подведомственные кооперативы.

Коротченкова:

– Подведомственность эта условная. То есть она, конечно, существует на том этапе, когда формируются списки и к нам обращаются с ходатайством. Но мы считаем, что это как раз плюс. Приведем пример Минсельхоза. У нас есть сейчас пилотные проекты создания кооперативов на земельных участках, которые предоставленные организациям, подведомственным Минсельхозу. У одной организации есть земельный участок, в котором количество граждан как раз меньше той площади земельного участка, которая могла бы быть передана кооперативу. И в данном случае Минсельхоз играет такую координирующую роль, которая позволяет на этом участке создать совместный кооператив не только из работников этой организации, но и трех подведомственных ему вузов. То есть в данном случае мы рассматриваем роль федеральных органов именно как наполнение кооператива и помощь в его создании.

Яковлев:

– Я совершенно не понимаю, кто там где сидит, какие чиновники. Как я могу создать кооператив? Вот учитель из Сыктывкара что должен сделать, чтобы он организовал кооператив, а не кто-то за него это сделал?

Арсюхин:

– Он подал заявление, допустим, а оно потерялось. Есть же такой шанс.

Коротченкова:

– К сожалению, это не так. Мы год работали очень плотно над созданием необходимой нормативно-правовой базы. То есть вышли два федеральных закона и три постановления правительства, плюс активно была сформирована нормативная база субъектов и ведомственных нормативных актов. Все, что касается того, как подается заявление, в какие сроки оно рассматривается, как конкретно гражданин включается в списки… Что касается учителя из Сыктывкара, это нормативный акт субъекта.

Яковлев:

– Человек ничего не понимает. У меня нет ни одного кооператива вокруг. Я хочу организовать кооператив. Я найду людей, у которых есть деньги. Что я должен сделать?

Коротченкова:

– Вы должны обратиться в органы местного самоуправления. Есть такой документ, как формируются списки, он называется «Правила формирования списков». Есть форма заявления, куда его подавать, в какие сроки оно рассматривается и в какие сроки дальше идет процедура. Это все регламентировано.

Арсюхин:

– Надо найти товарищей или не надо?

Коротченкова:

– Можно не находить товарищей.

Журавлев:

– Если вы, учитель из Сыктывкара, хотите жить в комфортной для себе среде, среди друзей или подобных вам людей социального статуса, интеллигентов и т.д., вам все-таки следует предварительно найти сообщество подобных, с теми же правами, создать это сообщество вместе и сделать коллективное заявление в муниципалитет по форме или не по форме. Муниципалитет все равно вынужден будет к такому сообществу отнестись. А дальше, я надеюсь, сам муниципалитет и фонд квалифицированную помощь в оформлении бумаг окажут.

Арсюхин:

– Недавно был опрос. Оказывается, мало люди знают об этой инициативе. По-моему, только 20% сказали, что что-то об этом слышали. Вы как-то ее пропагандируете?

Коротченкова:

– Да, конечно. У нас есть раздел на сайте фонда, где размещены все документы. У нас работает пресс-служба, и фонд ведет большую разъяснительную работу, методически помогает делать те документы, которые необходимы для подачи ходатайства. То есть в принципе информационное разъяснение фондом обеспечено.

Яковлев:

– Это очень правильный ответ. Но сколько уже заявлений подано?

Коротченкова:

– В настоящее время, поскольку процедура начинается с подачи ходатайства и его подготовки, фонд реализует 15 проектов в 14 субъектах Российской Федерации. Это преимущественно работники системы Академии наук, научно-педагогические работники вузов и работники бюджетных учреждений, в том числе школ.

Яковлев:

– 15 проектов в 14 субъектах. А какие цели, сколько вы хотите увидеть и получить заявлений, каковы планы?

Коротченкова:

– У нас нет ограничений или каких-то определенных объемов, сколько должны мы создать кооперативов. Все будет зависеть от того, насколько люди для себя примут решение вступать в кооператив или нет, и насколько будут в наличии земельные участки, которые можно будет передать кооперативам.

Яковлев:

– Сергей, вы сказали, что это неполноценная собственность. Какие еще, на ваш взгляд, есть минусы в этом предложении возродить жилищно-строительные кооперативы?

Журавлев:

– Хотелось бы получить разъяснения по возможности выбрать кооператив в другой части страны, например. Это было бы любопытно. Потому что собирают заявки муниципалитеты. Получается, наверное, так, что только живущим в этом муниципалитете есть возможность получить право в кооперативе. Разъяснений у меня нет, поэтому хотелось бы получить.

Вторая проблема, вытекающая из того образа, созданного образом фильма «Гараж», это социум, который в таких жилищных объединениях будет возникать. Если на территории разноэтажная застройка, то каким образом будут по справедливости, по жребию ли, по воле ведомства распределяться эти жилищные объекты. Во-вторых, система управления в таких кооперативах представляется мне сложной. Чем больше кооператив, тем сложнее отношения. Во-первых, большинство этих людей будут работать днем в одном ведомстве, интриговать, выяснять отношения, собираться вечером в жилье и снова выяснять отношения. В мире современной градостроительной идеологии вся застройка перемешивается, социальные группы перемешиваются между собой, для того чтобы социальная среда была разнообразной и у людей были разные возможности общения, коммуникации, поиска друзей, создания разных форм отношений, в том числе и творческих. Будет ли в таких кооперативах поддерживаться атмосфера такого рода общежития или нет, непонятно. Очень хочется верить, что в результате все-таки возможность инициатив граждан и объединений по созданию жилищных анклавов по выбору друг друга будет.

Яковлев:

– Давайте по порядку. Первое. Другой регион.

Коротченкова:

– Если мы вернемся к нашему примеру учителя из Сыктывкара, который хочет построить себе жилое помещение на территории Московской области, например, или города Москвы. Пока ни в Московской области, ни в городе Москве нет правил формирования список, но тем не менее. Он для себя определяет регион, муниципальное образование. И нет ограничений абсолютно никаких, для того чтобы он подал заявление не по месту своего жительства, а именно в этот орган местного самоуправления, на территории которого он собирается строить жилье. Если он соответствует требованиям, проблем никаких нет, его включат в кооператив.

Яковлев:

– Вторая тема – это социум, как будут распределяться квартиры, система управления.

Коротченкова:

– Что касается социума, есть проблема в том, что в кооператив вступают работники одной организации. Тем не менее, есть возможность создания совместных кооперативов, и мы это сейчас практикуем. Потому что в одной организации может не оказаться достаточного количества людей, которые смогут образовать один кооператив. Пожалуйста, у нас сейчас идет совместный кооператив на острове Русский, где собираются создавать кооператив из числа работников Дальневосточного федерального университета и Дальневосточного отделения РАН, где 14 научных организаций. То есть в данном случае это разные социумы, это разные люди, из разных организаций, и они объединяются в один кооператив.

Яковлев:

– Вы сказали, что 15 проектов в 14 субъектах. 15 кооперативов, я правильно понимаю?

Коротченкова:

– Нет, не всегда. Дело в том, что те кооперативы с большим количеством людей, где их больше 500, – Жилищный кодекс требует, чтобы кооператив создавался количеством не менее 500 человек. Но кооператив, в котором больше 500 членов, действительно будет сложно проходить корпоративные процедуры – проведение общего собрания, голосования и т.д. Поэтому мы говорим о том, что надо стремиться к более разумному количеству членов кооператива. То, что касается этих 15 проектов, это может быть один проект разбит на несколько кооперативов.

Яковлев:

– Когда мы говорим «кооператив», то что имеется в виду?

Коротченкова:

– Кооператив это юридическое лицо, которое зарегистрировано в установленном порядке, как все любые юридические лица.

Яковлев:

– Но юридическое лицо не стоит на земле. Что это физически, это одно здание?

Коротченкова:

– Юридическое лицо – застройщик. То есть это застройщик, которому безвозмездно передается земельный участок, он получает разрешение на строительство, он привлекает подрядные организации, с ними заключает договор.

Яковлев:

– Это здание или комплекс зданий. Я правильно понимаю?

Коротченкова:

– Нет, это не комплекс зданий, не здание. Это застройщик, фирма.

Яковлев:

– Но физически это что?

Коротченкова:

– Это некий имущественный комплекс, который может состоять из объектов ЖС, многоквартирных домов, объектов инфраструктуры, обязательно социальной инфраструктуры и т.д. То есть некий большой комплекс имущественный.

Яковлев:

– Давайте примем звонки.

– Меня зовут Иван, я из Москвы, являюсь многодетным отцом. Что нужно сделать многодетным семьям, чтобы создать кооператив, чтобы вступить в кооператив?

Коротченкова:

– Многодетные семьи это отдельная категория граждан, которые тоже имеют право на вступление в кооператив. Но сейчас, к сожалению, это законодательно ограничено. То есть гражданин, имеющий трех и более детей, должен быть работником федеральной организации, то есть попадать в тот перечень приоритетных граждан, которые могут вступать в кооператив. Тем не менее, по мнению фонда, эту категорию нужно расширять и меры поддержки для многодетных семей продолжать. В настоящее время подготовлен соответствующий законопроект, который позволяет вступать в кооперативы любым многодетным семьям, независимо от места их работы.

Яковлев:

– Пока, если вы не учитель, не врач, не военнослужащий, но фонд РЖС делает все, чтобы через несколько лет вы уже не пролетали.

Следующий звонок.

– Меня зовут Антон, я из города Обнинска. Я студент Обнинского государственного технологического университета атомной энергетики. Чтобы вступить в кооператив, нужно состоять, как я понял, в одной из категорий граждан. Чтобы вступить, нужно оформить большое количество бумаг, пройти некоторые бюрократические процедуры. Фонд содействия развитию жилищного строительства как-то будет помогать людям, разъяснять, как именно вся процедура вступления в ЖСК происходит?

Коротченкова:

– Состав документов достаточно минимальный. То есть нужна справка о стаже работы, подтверждающая стаж работы 5 или 7 лет для определенных категорий. И то, что человек замещает должность, например, научного или инженерно-технического работника. Кроме того, нужна выписка из ЕГРП, которая подтверждает отсутствие земельного участка, предоставленного для ЖС. Причем хочу подчеркнуть, что многие федеральные органы запрашивают эту выписку бесплатно, централизованно. То есть не гражданин ее получает, а тот федеральный орган, который готовит ходатайство.

Яковлев:

– Я зашел на ваш сайт и вижу, что тут есть алгоритм действий гражданина, претендующего на вступление в члены кооператива. Это то, что хочет получить студент из Обнинска.

Еще один звонок.

– Меня зовут Сергей, я из Ставрополя. Мой знакомый, для того чтобы получить дешевые кредиты по сельскому хозяйству, оформил документы и получал дешевые кредиты, хотя поле, которое было им приобретено, и он прикрывался тем, что он предприниматель сельского хозяйства, не занимался им, поле зарастало, но дешевые кредиты он использовал в другой бизнес. Есть ли здесь какая-то защита этой программы? Если я захочу вступить в такой кооператив, стану учителем на короткий срок, будет построен дом, и я тут же уйду из учителей. Есть защита от таких псевдоучителей, которые влезут туда только для того, чтобы принять участие?

Коротченкова:

– К счастью, это невозможно. Потому что надо подтвердить наличие стажа 5 лет. Поэтому просто устроиться, вступить в кооператив, а потом оттуда уйти, – вы не пройдете по критериям просто.

Яковлев:

– Верите ли вы в то, что будет реализовано возрождение жилищно-строительных кооперативов? И главное, станет ли жилье доступнее в целом по стране благодаря тем механизмам, которые здесь были озвучены?

Журавлев:

– Жилищно-строительное движение надо возрождать, как, впрочем, надо возрождать и альтернативную систему накопления и кредитования – Стройсберкассы. Если они не будут созданы, то мы никогда не добьемся понижения цен, то есть оптимизации цен на жилищном рынке. Я верю, что с участием Фонда пилотные проекты, те трения, опасения, риски, которые мы сегодня анализировали, будут устранены и эти кооперативы станут массовыми. В любом случае от этого выиграет множество людей. Будет ли их больше в дальнейшем в других видах кооперативов, других категориях граждан? Видимо, это будет зависеть от скорости движения Фонда, муниципалитетов, региональных властей и ведомств.

Коротченкова:

– Я действительно верю в то, что жилищные кооперативы это успешный проект. Я действительно верю в то, что он позволит снизить стоимость жилья. Во всяком случае, я могу обещать, что фонд РЖС приложит много усилий, для того чтобы эти проекты были реализованы, и гражданин в итоге получил свое жилье.

Арсюхин:

– На самом деле стоимость жилья теоретически должна упасть. Все упирается в состояние гражданского общества. Если оно в том состоянии, что люди могут сойтись и что-то сделать вместе, тогда да, все получится. Если фильм «Гараж», то, извините, фильм «Гараж».

Яковлев:

– Спасибо большое всем участникам дискуссии за этот разговор.

<<Самые интересные эфиры радио "Комсомольская правда" мы собрали для вас ЗДЕСЬ >>

Подпишитесь на новости:

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ