2016-12-16T08:38:19+03:00

Как уберечься от квартирных воров в новогодние праздники?

Московские окнаМосковские окна

Защитить честно нажитое имущество - задача каждого из нас

Московские окна. Как уберечься от квартирных воров в новогодние праздники?

00:00
00:00

Шевцова: - Меня зовут Екатерина Шевцова. Сегодня мы поговорим о квартирных кражах. Новогодние праздники у нас впереди, многие уедут на каникулы, оставят квартиру в одиночестве. А на эту квартиру будут покушаться нехорошие люди. Поэтому мы пригласили в гости полковника полиции. У нас сегодня Эдуард Богатырев, заместитель начальника 4 оперативно-розыскной части «И» Управления уголовного розыска Главного управления МВД России по г. Москве. Ну и Александр Рогоза, как всегда, в студии вместе со мной.

Рогоза: - Действительно, кто-то уехал, а кто-то приехал. Для этого специально приезжают или на время активируются те, кто есть в городе?

Богатырев: - Я думаю, что и активизируются те, кто есть в городе, и кто приезжает в том числе. К Новому году все готовятся. Все готовятся по-разному. Добропорядочные граждане покупают подарки своим близким. Те, кто недобропорядочные, эти подарки изымают, из квартир в том числе, что называется. О чем мы и хотим сейчас поговорить. Да, приезжих хватает, кто приезжает совершать противоправные действия, но есть и те, кто здесь присутствует постоянно.

Шевцова: - А чаще всего кто покушается на чужое имущество?

Богатырев: - Я бы сказал, те, кто все-таки приезжает.

Рогоза: - Чем-то принцип работы этих людей отличается от летнего периода?

Богатырев: - Как таковы принципы всегда одни и те же. Естественно, влияет то, что на улице становится холоднее, и некоторые способы проникновения с внешней стороны здания (окошки, форточки и т.п.), их становиться чуть-чуть меньше.

Рогоза: - Чуть-чуть или заметно? Все-таки форточники отдыхают в это время года или нет?

Богатырев: - Давайте понятие форточников 50-х годов оставим в прошлом веке, а на сегодняшний день скажем, что это квартирные кражи через окна и балконы.

Шевцова: - Мне кажется, у нас достаточно надежные окна, у многих пластиковые, дорогие. Когда мы их покупаем, нам обещают, что их никак не вскрыть. Как они их вскрывают?

Богатырев: - Да, на сегодняшний момент некоторые фирмы предоставляют, скажем так, некий рекламный слоган о том, что они дополнительно защищены. На самом деле пластиковые окна открываются значительно проще, чем наши старенькие деревянные окошки.

Шевцова: - И сколько у такого опытного человека уйдет времени на то, чтобы вскрыть такое окно?

Богатырев: - Не более 10 минут.

Рогоза: - Это реально происходит с помощью условной отвертки?

Богатырев: - Да. И даже меньше.

Шевцова: - Мы понимаем, что беспокоиться должны скорее жители 1-2 этажей.

Богатырев: - Да, в основном должны беспокоиться жители 1-2 этажей, домов 5-9-этажных, где проходят газовые трубы. Это наиболее подверженные. Балконные – это немножко отдельно. У нас есть Новая Москва, там у нас коттеджи, где также установлены пластиковые окна, двери и т.д. Окна находятся с тыльных сторон, где не видно. Оттуда можно подойти.

Рогоза: - Там воры какой-то другой квалификации, которые, скажем так, в сельской местности работают? Или им в принципе все равно?

Богатырев: - Вы знаете, в сельской местности… Для нашего доблестного ТиНАО я бы не сказал, что это селяне. Я бы сказал, что это больше к элитной относится, хотя немного в стороне от Рублевки.

Рогоза: - Я имел в виду, в том смысле, что леса, поля, реки.

Шевцова: - Ты имеешь в виду, что это сельский пейзаж. Но по факту это дорогое жилье, достаточно непростые автомобили.

Богатырев: - Скажем так, навыки у воров разнообразные. Есть специалисты высокого профиля. Это те, кто умеет вскрывать замки без следов. Знаете, полгода назад, когда проводилась пресс-конференция, я упоминал об одном факте. В этом году была задержана группа нашим подразделением Московского уголовного розыска, которая вскрывала двери без следов взлома. То есть был классический подбор ключа. Потом они заходили, без нарушения порядка вынимали, грубо говоря, деньги, выходили и закрывали дверь.

Шевцова: - И никто из хозяев сразу не понимал.

Рогоза: - Вежливые аккуратисты такие.

Богатырев: - Я думаю, что, к сожалению, некоторые жены думали на мужей, а мужья – на жен. Одна из самых сложных тем была. Но задержали.

Шевцова: - А как их смогли, извините, повязать? На чем погорели?

Богатырев: - Не погорели. Просто была проделана большая и сложная работа нашими сотрудниками.

Шевцова: - И кто оказались эти люди? Богатырев: - Приезжие люди. Шевцова: - Из каких городов, стран?

Богатырев: - Наши доблестные российские граждане, но имеющие навыки, ранее судимые, хорошо владеющие…

Рогоза: - А большая группа?

Богатырев: - Нет, небольшая.

Рогоза: - А эпизодов?

Богатырев: - Достаточно. Но еще, я думаю, не все люди, к сожалению… Думаю, не каждый человек хочет показать, что он оказался тем, у кого украли.

Шевцова: - А почему люди не всегда заявляют в полицию о том, что их квартиру ограбили?

Богатырев: - Не ограбили, а обворовали. Ограбили – это открытая форма. Почему? Потому что некоторые стесняются этого, считают, что на их уровне, если он занимает некий пост, он не может себе позволить такого, чтобы узнали, что он такой же, как и все остальные.

Шевцова: - Особенно если это чиновник, у которого «нажитое непосильным трудом»…

Рогоза: - Но, с другой стороны, он ведь рискует. Если ничего один раз не произошло, за ним могут продолжать следить и наведываться еще разок, третий?

Богатырев: - Знаете, крайне редки эти случаи, но бывают. Во-первых, это уже относится к категории элитного жилья. Подойти, открыть дверь, это занимает некоторое время, и нужен очень хороший навык. Здесь работают именно специалисты своего дела, специалисты во вскрытии. Их не так много, слава богу, но есть такие, которые работают именно в этом направлении.

Шевцова: - Перейду к некоторым практическим моментам. Некоторые люди, уезжая на новогодние праздники… Ну, у кого-то есть сейф, можно в сейф убрать свои ценные вещи и уехать с чувством выполненного долга. У кого-то дома есть секретные места. Насколько преступники, которые проникают в квартиру, понимают и знают все эти потайные места, и насколько для них легко вскрыть сейф?

Богатырев: - Знаете, если человек из той категории, о которой я только что рассказывал, в принципе для него не секрет ни сейф, ни возможность открыть его. Ну, потратит на 20 минут больше времени. Вас все равно нет, какая разница?

Шевцова: - А куда чаще всего прячут ценности?

Рогоза: - Чтобы предупредить людей, чтобы они не прятали в эти места.

Богатырев: - Давайте делать намного проще. Есть банки, есть депозитарии. Если у вас некая крупная сумма, которая для вас действительно значительная, то почему на Новый год не положить эти деньги, ценности, украшения в депозитарий? Обойдется это в копейки, а защищенность достаточно высокая.

Рогоза: - Катя заговорила о практике. Вот человек собирается куда-то. Как бы он ни был готов, если он не пользуется банками, он в любой категории риска, или есть какие-то действия, которые могут исключить его из списка злоумышленников?

Богатырев: - Из списка тех, кто пытается к нему попасть, скажем так?

Рогоза: - Вот он что-то делает такое, что никогда не попадет на заметку.

Богатырев: - Знаете, это практически невозможно, но все-таки риск можно значительно снизить. Это прежде всего то, что многие, уезжая куда-то на отдых, пытаются выложить свои фотографии в интернете, чтобы все знали. Причем выкладывают именно в открытый доступ, где могут увидеть все, в том числе и наши доблестные воры. Здесь смысл заключается в другом. Мы должны сами себя страховать. Страховать чем? Это сигнализация, это некие возможности инсценирования присутствия. Всемирно известные фильмы, которые показывают под Новый год, когда маленький мальчик делал именно это.

Рогоза: - Вы заговорили о соцсетях, о тех людях, которые выкладывают красивые фотографии себя в интерьерах, потом еще невзначай могут сообщить, когда и куда они едут. За нами действительно следят в соцсетях.

Богатырев: - Естественно. Соцсети это открытая система, в которой люди общаются, хвастаются, делятся горем, что угодно. Но дело в том, что люди не всегда страхуются даже в той же соцсети. У многих друзей миллион. Невозможно знать миллион человек, если ты не звезда кинематографа либо великий политик. Набирают каким образом друзей? В интернет заходят – «хочу быть вашим другом». Да, друг. Этот друг – неизвестно кто, видит все ваши фотографии, видит все, что вы собираетесь сделать или чем вы делитесь. Есть граждане, которые набирают 1-3 миллиона голосов, все у них друзья. А почему бы за ним и не последить, не посмотреть?

Шевцова: - Если мы берем Инстаграм…

Рогоза: - Как они вычисляют адрес?

Шевцова: - Локацию отмечаешь. Допустим, какая-нибудь девушка лет 23 сначала показывает свою комнату, дом, машину и т.д. Потом она показывает свою фотографию с чемоданчиком. Потом локация в каком-нибудь условном «Шереметьево». Потом локация где-то за границей. Всё, можно идти к ней. Я правильно рассуждаю?

Богатырев: - Абсолютно точно. А самое главное, человек сам включает геолокацию: я еду там-то, я еду тут-то. И показывает какие-то фотографии. Есть и другой вариант. Вы при заполнении соцсетей еще и адреса свои оставляете. Что называется, здравствуйте, входите сюда, меня не будет дома.

Рогоза: - Это касается каких-то явно обеспеченных людей или всех-всех?

Богатырев: - Знаете, это касается всех. Но одно дело, когда вор зашел и украл миллион, другое – когда зашел и украл тот же миллион, но только евро. Все то же самое, но только в 70 раз разницу мы видим.

Шевцова: - Либо украшения. Ворам интересна ювелирка наверняка.

Богатырев: - Да, конечно. Основное – это деньги и ювелирка. Менее обеспеченный сектор – там могут быть айфоны, ноутбуки, телефоны. Это уже другой уровень. В основном ювелирка, особенно если ювелирка относится к эксклюзивным вещам. Ни для кого не секрет, что ювелирное украшение весом 20 г может стоить и 50 тысяч рублей, а может стоить и 5 миллионов евро.

Рогоза: - А ведут в таких случаях сколько? Сколько наблюдают до успешной операции?

Богатырев: - Знаете, по-разному. Давайте не будем останавливаться на сроках. Скажем так, большие сроки, может быть и полгода, и больше.

Шевцова: - Перейдем в другую категорию квартирных воришек. Наверняка есть люди, которые идут на дело от отчаяния, - наркоманы, заезжие какие-то…

Рогоза: - Неквалифицированные.

Шевцова: - Если мы перейдем на уровень ниже, насколько часто сейчас в Москве происходит, чтобы залезть в первую попавшуюся квартиру?

Богатырев: - Скажем так, если совсем в первую попавшуюся, это те граждане, которые просто не закрывают двери. Такие сейчас есть, и их достаточно много. То есть дверь закрыта, но она не закрыта на щеколду. То есть человек спокойно проходит, дергает ручку, смотрит – открыто, и то, что находится именно в коридоре, не заходя никуда, именно это он и ворует.

Рогоза: - А этаж зависит?

Богатырев: - Знаете, в этом случае нет, когда просто по дверям ходят и проверяют. Что сложного подняться на лифте на тот же 25-й, 40-й этаж и спуститься аккуратно пешком? Аккуратно ручку подергал и пошел дальше. А второй вариант – это как раз те самые окна. Здесь большинство все-таки до среднего уровня.

Рогоза: - Получается, та категория воров, которые вскрывают замки, им тоже неважно, какой этаж, они точечно приходят в определенную квартиру, за которой наблюдали? Или у них тоже есть какой-то элемент случайности?

Богатырев: - Те как раз, которые вскрывают без повреждения или с легким повреждением, специалисты, они, как правило, приходят, зная, куда они приходят, скажем так.

Рогоза: - Я знаю, вы пришли со статистикой. По этому году у нас относительно прошлого года какие изменения – больше стали воровать, больше стали раскрывать?

Богатырев: - К нашей радости и радости слушателей, я могу сказать так, что в настоящее время начали воровать на треть меньше. Я назову приблизительные цифры, не называя до единички. Это 4,5 тысячи в том году и 2,9 в этом.

Рогоза: - Квартирных краж по Москве?

Богатырев: - Именно по Москве.

Рогоза: - Включая Новую Москву?

Богатырев: - Да. На 30% меньше. Это получилось за счет того, что, во-первых, сотрудники полиции работают, во-вторых, то, что мы с вами сейчас говорим слушателям, они слушают и используют наши советы, это очень сильно помогает. Поэтому помогайте друг другу.

Шевцова: - Кстати, про советы и про какие-то практические вещи. Вы говорили, что можно создать эффект присутствия в отсутствие вас дома.

Богатырев: - Да, конечно. Раньше это было достаточно сложно сделать. Система «умный дом» или должен быть какой-то человек, который будет включать. Если никого нет, кто будет включать? Система «умный дом» на сегодняшний момент, во-первых, очень большая и разнообразная. Скажем, есть элитные, есть более простые, которые продаются в известных супермаркетах. Маленькое реле, которое вставляется в выключатель, мы получаем очень простую вещь. Находясь, например, в Финляндии, в Австрии, где угодно, или в какой-то деревне, где есть доступ к интернету, мы оттуда можем включить свет и выключить, чем создаем эффект присутствия. Поверьте, это оказывает достаточно большой эффект.

Шевцова: - Если у вас нет системы, можно же просто свет включить какой-нибудь. Это спасает? Мы сейчас говорим про новогодние праздники, когда темнеет рано.

Богатырев: - Я думаю, что это спасает. Есть определенный процент, если это не элитное жилье. Если там включить, то будет отслеживаться. Люди, которые нацелились на определенное жилье, они будут наблюдать, посмотрят, выключается ли в 2 часа ночи свет или нет.

Рогоза: - Еще есть обманки-камеры. Они работают?

Шевцова: - Муляжи ты имеешь в виду?

Богатырев: - Знаете, разница между муляжом и настоящей камерой не настолько большая в настоящий момент, поэтому проблем нет. Если вы хотите защитить себя, почему не поставить записывающую камеру и отправляющую на ваш смартфон, телефон, на что угодно?

Рогоза: - Вы сказали, что на треть стало меньше краж. С камерами это как-то связано? Все-таки система видеонаблюдения в Москве развивается постоянно.

Богатырев: - Да, система видеонаблюдения развивается. Знаете, как всегда, на каждое действие есть противодействие. Не везде камеры достают.

Шевцова: - Есть такие зоны, которые…

Богатырев: - Ну конечно. Невозможно обеспечить 100-процентное покрытие. К сожалению, спутниковые системы не настолько сильны и слишком дороги, для того чтобы из космоса наблюдать, кто ходит около дома.

Шевцова: - Люди, которые стали жертвами воров, приезжая домой, насколько оперативно им надо написать заявление в полицию? Я знаю, что записи с камер у подъезда хранятся, по-моему, дней 10.

Богатырев: - Нет, меньше.

Шевцова: - Насколько оперативно нужно написать заявление, и насколько это действительно стоит делать?

Богатырев: - Это стоит делать обязательно. Это стоит делать немедленно, вне зависимости от того, праздник это или нет. Потому что работа у нас идет круглосуточно, постоянно. И заявлять нужно тут же, для того чтобы была реакция. Потому что можно предотвратить, чтобы вор уехал в свой регион в том числе.

Шевцова: - Спасибо большое. Мы в следующем году обязательно с вами встретимся, поговорим о том, как в обычной жизни работают такие квартирные воры, потому что сейчас мы сконцентрировались на новогодних праздниках. Я надеюсь, что все будет хорошо – и вы будете спокойно праздновать, и мы с имуществом останемся.

Подпишитесь на новости:

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ