2019-06-21T19:11:30+03:00

Простыми словами : Антон Красовский: Если сложить прямые линии Путина в документальный фильм, мы увидим развитие страны. Но актеры там не поменялись

Андрей и Юлия Норкины обсуждают главные новости дняАндрей и Юлия Норкины обсуждают главные новости дня

Журналист и директор благотворительного фонда «СПИД.ЦЕНТР» - о своем отношении к власти и жизни, Нюте Федермессер и помощи ВИЧ-инфицированным

Антон Красовский: Если сложить прямые линии Путина в документальный фильм, мы увидим развитие страны. Но актеры там не поменялись

00:00
00:00

Ю.Норкина:

- Здравствуй, Россия! Здравствуй, мир!

А.Норкин:

- Как вы понимаете, мы сейчас вернемся к главной теме, это прямая линия Владимира Путина. Честно говоря, мы не хотим из нее куски повторять. Это более чем подробно было сделано в эфире. Мы хотим поговорить о впечатлениях. И для этого у нас очень подходящий гость. Это человек, который никогда не стеснялся выражать свою точку зрения, свое мнение. И делал и делает это настолько ярко, что ухитряется получать какое-то огромное одобрение и не менее огромное негодование абсолютно у всех. У сложных патриотов и у сложных либералов.

Ю.Норкина:

- Яркая личность.

А.Норкин:

- Журналист, некоторое время директор Фонда Спид-центр Антон Красовский. Здравствуйте, Антон Вячеславович.

А.Красовский:

- Добрый вечер!

Справка РАДИО "КП"

Антон Красовский - журналист. Работал в издательском доме «Коммерсантъ», интернет-портале «Яндекс», издательском доме Independent Media, также был театральным обозревателем «Независимой газеты» и редактором культуры журнала Vogue. С 2009 по февраль 2012 года работал главным редактором программ «НТВшники» и «Музыкальный ринг» на канале НТВ. Ушёл с НТВ из-за разногласий по редакционной политике. Является директором благотворительного фонда «СПИД.ЦЕНТР», который занимается проблемами распространения ВИЧ-инфекции и помощью людям с этой болезнью.

С 6 ноября по 12 декабря 2017 года — ведущий развлекательной программы «Можем повторить!» на телеканале «Пятница!», которую вёл вместе с Ксенией Собчак. В декабре 2017 года сообщил, что с 2011 года является ВИЧ-положительным. В январе 2018 года в издательстве АСТ вышла книга «Собчак против всех», автором которой вместе с Ксенией Собчак стал Красовский.

А.Норкин:

- Давайте начинать. Мы будем обращаться друг к другу на ты. Ты смотрел прямую линию?

А.Красовский:

- Я прямую линию, поскольку это долгий видеопродукт, смотрю, как ты уже сказал, урывками. Большими кусками. У меня нет четырех часов. Но я смотрел ее одновременно: находился в спортзале, потом пошел куда-то еще. Она везде была, эта прямая линия.

А.Норкин:

- Со звуком, естественно?

А.Красовский:

- Да.

А.Норкин:

- И какие впечатления?

А.Красовский:

- Никаких особых впечатлений у меня по этому поводу нет. С моей точки зрения этот формат 17 лет не меняется. Поэтому, честно говоря, я удивляюсь людям, которые друг у друга, особенно накануне спрашивают: как ты думаешь, он завтра что-нибудь такого скажет? Вот вчера мы сидели с моим товарищем, не буду врать, с Сергеем Минаевым. А Сергей Минаев уж точно должен понимать, что ничего особенного Владимир Владимирович не скажет.

А.Норкин:

- А что должно быть особенное?

А.Красовский:

- Ну, люди ждут какого-то политического заявления. Например, я устал, я ухожу. Мы же понимаем, что он не устал.

А.Норкин:

- Может, ожидается: я устал, я увольняю.?

А.Красовский:

- Как мы видим, он сегодня никого не уволил. Хотя там было кого. И даже эти люди в кадре выступали.

Вообще в нашей стране много есть, кого уволить. Честно говоря, президент этим занимается периодически. Надо отдать ему должное. Но вы же знаете, он не любит делать шаги напоказ. Публично он этого не делает. И под давлением он этого не делает. В общем, это был вполне себе такой ожидаемый формат. Поговорили про 228-ю статью, про то, что ее нельзя никаким образом декриминализировать, вообще смягчать. Поговорили про агропромышленную реформу, про малые города. Вчера артист Петров писал смс: мне надо задать вопрос про малые города. Артист Петров: «я простой человек из Переславля-Залесского». Там, кстати, есть о чем спросить. Я интересовался и артисту Петрову говорил, что вот есть город Суздаль. Раскрученный город.

А.Норкин:

- У нас там старшие дети сейчас были.

А.Красовский:

- А рядом с ним не раскрученные города. Юрьев-Польский, например, прекрасный. Или Переславль-Залесский, откуда сам артист Петров. Там разрушается прекрасная церковь тринадцатого века. В унылом состоянии собор, построенный князем в ознаменование своего освобождения. И с выдающейся совершенно резьбой от земли до купола. Памятник всех возможных федеральных списков. Единственное только, что не памятник ЮНЕСКО, в отличие от храма Покрова на Нерли.

Ю.Норкина:

- Кстати, Покрова на Нерли в очень хорошем состоянии.

А.Красовский:

- Потому что он памятник ЮНЕСКО. И потому что им нужно торговать на открытках. Туда люди в Боголюбово ездят в электричках.

А.Норкин:

- Суздаль несколько лет назад тоже был в ужасном состоянии.

А.Красовский:

- Андрей, он не был в ужасном состоянии несколько лет назад. Он был тридцать лет назад в ужасном состоянии.

А.Норкин:

- Когда мы были, Юль?

Ю.Норкина:

- Это неважно. Давай по существу.

А.Норкин:

- Давай. То, что не было сказано как бы нового. И этот формат не меняется. Это вызывает что? Сожаление? Ничего не вызывает?

А.Красовский:

- У меня ничего не вызывает.

А.Норкин:

- Почему?

А.Красовский:

- Потому что я ничего не жду от этого формата. Я прекрасно понимаю, что его спросят, я понимаю, что он ответит. Я понимаю, что за этих двадцать лет в каких-то местах частично поменялись актеры этого спектакля. Второстепенные. Но посмотрите, как он выглядел 17 лет назад. И поймите, что это приблизительно одно и то же. Просто немножко изменились темы. В контексте этих семнадцати лет. Мы пришли к некоей условной нестабильной стабильности. От дружбы с западными партнерами мы пришли к непониманию, откуда взялись эти санкции. К тому, что мы не согласны с какими-то там вполне себе вегетарианскими решениями какого-то следствия по «Боингу». И так далее.

Мы видим какое-то развитие. Если потом сложить из этого документальный фильм, из этих прямых линий, мы увидим развитие страны, конечно. Но четыре часа времени на это тратить? У меня, например… Мне скучно. Я ничего не могу с этим поделать.

Я бы с гораздо большим удовольствием твое интервью бы посмотрел с Путиным. Или интервью Познера с Путиным. Чем эти бесконечные четыре часа.

Ю.Норкина:

- Статья, которая меня привела в дикий восторг… Но я никак не могла понять, ты стебешься или говоришь на самом деле?..

А.Норкин:

- Я зачитаю кусочек. 19 марта 2018 года на следующий день после выборов, где Путин был переизбран, Антон Красовский в телеграм-канале опубликовал текст. Это была бомбическая реакция!

«Нам всем надо научиться жертвовать. Своей гордыней, своими привязанностями, своей любовью, своей судьбой, своей жизнью. Страну можно построить лишь тогда, когда она, Россия, есть твоя единственная гордость. Твоя любовь, твоя судьба и твоя жизнь. Каждый из нас должен понять, что у страны совершенно другие категории времени. То, что нам кажется целой жизнью, для нее лишь миг. И если мы и правда хотим тут что-то поменять, мы должны быть готовы положить на это свои жизни. Воспитать своих детей и внуков так, чтобы они были к этому готовы.

Нам не победить Путина. Никакими шествиями, бойкотами и заметками. Никакие сайты и телефильмы не сломят режим. Режим можно поменять изнутри. Если вы хотите изменить Россию, полюбите Путина. Не пытайтесь его – пип . Идите и полюбите. Поймите, что его жизнь, его вечность – такой же миг в жизни России как и ваша жизнь. И ваша вечность.

Не предавайте его. Любить обязательно искренне. Чтобы тут что-то поменять, вы должны искренне полюбить страну такой, какая она есть. Идите работать во власть. Идите в ЖЭКи, в школы, в армию, в суды, в полицию. Не нойте, что тут нет честного суда. Сами станьте честными судьями. Очень возможно, что вам не позволят. Вас даже самих кинут в тюрьму. Но только это и есть путь к улучшению. Станьте архитектором, который придумает и продавит снос уродливых изб и коробок. Дослужитесь до министра, который эту программу продавит и сделает. Станьте большинством этой системы, чтобы в тот момент, когда она будет готова, принять власть, чтобы потом эту власть добровольно отдать. Вступайте в «Единую Россию», чтобы когда-нибудь она разделилась на две системные партии, одна из которых станет на время действующей властью, а вторая временной оппозицией. Помните: оппозиция лишь тогда оппозиция, когда она точно имеет шанс возглавить страну. Если такого шанса нет, это не оппозиция. Это говно.

Идите работать в ФСБ, в разведку, в правительство. Уезжайте в райцентры. Учите и учитесь. Учитесь сами и учите других, прежде всего, желанию быть свободным. Не пеняйте на народ. Учите его.

Свободе нужно учить. Вы и сами не научились. Если вы не готовы запихнуть в жопу свое ничтожное представление о добре и красоте, если вы верите, что перемены наступят сразу и сами собой, если вам по-прежнему важно объединение каких-то никому тут неинтересных демократов, уезжайте из страны. Сегодня же. И забудьте русский язык. Не будьте смешными, грустными, пьющими эмигрантами в Сан-Франциско, для которых чес Парфенова важнее конституционных реформ США».

А.Красовский:

- Прекрасный текст, по-моему.

А.Норкин:

- Текст прекрасный. Потому что реакция была…

Ю.Норкина:

- Восхитительный. Я была в таком восторге! Но я вдруг себя поймала на мысли: это тот самый Антон Красовский, которого я читала до этого? Думаю, а не стеб ли это?

А.Красовский:

- А что тут такого?

Ю.Норкина:

- Это воззвание, которое сидит у меня в душе!

А.Красовский:

- А что тут…

Ю.Норкина:

- Это честная отличная формула, по которой нужно встать, поднять жопу и пойти.

А.Красовский:

- А что здесь не соответствует тому, что я делал раньше? Я никогда не уезжал из России, никогда не говорил, что пора валить. Я никогда…

Ю.Норкина:

- Нет, ты призываешь тех людей, которые все время кричат, что все плохо, ты их призываешь к действию. Хватит заниматься фигней, давайте делать что-то реальное.

А.Норкин:

- Это не потому, что это противоречило чему-то, что ты говорил и делал.

Ю.Норкина:

- Я не думала, что ты настолько глубок!

А.Норкин:

- Просто на тебя был некий такой отблеск от тех людей, с которыми мы привыкли тебя видеть.

А.Красовский:

- Это с кем?

А.Норкин:

- Я не знаю там… Ксения Анатольевна…

А.Красовский:

- Ксения Анатольевна, на самом деле, если бы могла формулировать внятно, она бы с формулировала то же самое. Поверьте мне. Ксения Анатольевна думает ровно так же. Поэтому Ксения Анатольевна остается здесь, в этой стране. И поэтому в этой стране ее отец был мэром Санкт-Петербурга. И Владимир Владимирович Путин работал у него заместителем. А мама поэтому у нее работает в Совете Федерации. Это такая семья, которая никуда отсюда не собирается тоже.

И это важно понимать.

А.Норкин:

- Марина пишет, что Красовский перепутал ваше радио с «Эхо». Нет, не перепутал. Мы его пригласили и он пришел.

Возвращаясь к тексту и реакции на него. Ты ожидал, что она будет, такая реакция?

А.Красовский:

- Есть вещи, которые важно понимать, что имелось в виде. Реакция была некая на словосочетание «полюбите Путина». И в некотором смысле я, как, например, Вячеслав Викторович Володин, считаю, что Россия в настоящий период своего исторического развития абсолютно тождественна пониманию о Путине, да? И я в некотором смысле считаю, что Россия – это Путин сейчас. И если вы хотите сейчас начать что-то менять, понимаете, что эти перемены могут произойти не сегодня, а через двадцать лет…

А.Норкин:

- А могут не произойти.

А.Красовский:

- А могут и не произойти.

Ю.Норкина:

- Но это жертвенность некая.

А.Красовский:

- Что значит жертвенность? Юль, старуха, которая каждый день растит у себя на приусадебном участке картошку, ежедневно, она приносит жертву этой картошке? Нет. Она просто растит эту картошку, потому что у нее нет другой земли. И она понимает, что у нее никогда в жизни не было и не будет другой земли, кроме той, что находится у нее под ногами. И вот эта проблема наша…

Ю.Норкина:

- Это безысходность какая-то.

А.Красовский:

- Почему? Это реальность. Это так и есть. Любой американец, на самом деле, понимает, что никакой другой земли, кроме Америки, у него нет в жизни. Именно поэтому эти люди построили такую великую страну.

Ю.Норкина:

- А вот теперь мы переходим к настоящему патриотизму, насколько я понимаю.

А.Красовский:

- Безусловно. Я ровно про это и говорю. Если вы хотите поменять что-то в этой стране, если вы хотите строить эту страну, вы должны понять, что, возможно, ваша задача в строительстве этой великой страны заключается в том, чтобы принести на ее стену четыре кирпичика. Которые потом выпадут.

А.Норкин:

- К кому ты обращался? Вот «вы» – это кто?

А.Красовский:

- Я, конечно, имел в виду тех, кого ты сейчас называл либералами, которых кто-то называет креативным классом. И вот ты вскользь сказал, что это люди, с которыми ты или кто-то привык меня ассоциировать. И вот женщина, которая говорит, что я перепутал «Комсомолку» с «Эхом Москвы».

Возможно, это было обращение к коллективному слушателю «Эхо Москвы». Условному. Хотя, на самом деле, как мы знаем с вами, большинство слушателей «Эха Москвы» еще гораздо большие патриоты, охранители, чем среднестатистический слушатель радио «Комсомольская правда».

Конечно, это обращение к ним, к тем людям, которые вдруг при новой победе Владимира Путина в 18-м году ощутили абсолютную безысходность. И такой… Вдруг огромное количество людей потеряло надежду.

А.Норкин:

- Надежду на что?

А.Красовский:

- На свое собственное будущее. Потому что их собственное будущее… Это тоже такая удивительная история – связывать свое собственное будущее с тем или иным выбором, который сделает страна. Или с тем или иным будущем, которое ожидает ее президента. В действительности именно эти люди все время ассоциируют себя и свою Россию только с Путиным. Они точно так же, как и Володин, считают, что Россия – это Путин. Потому что если Путин у тебя в пятый срок или шестой срок, значит, ты больше в этой стране жить не можешь. Потому что Путин – есть Россия.

А.Норкин:

- И другая точка зрения, она тоже верна. Я вот не очень представляю, я боюсь себе представлять ситуацию после Путина. Сейчас, как ты сказал, стабильная нестабильность, в принципе, у меня есть вопросы. Почему мы до сих пор не меняем экономическую, финансовую политику и так далее. Почему у нас нет кадровых изменений? Но Путин меня устраивает. Я достаточно долго, ты нашу с Юлей творческую биографию немного знаешь, у нас была возможность сравнивать. И сейчас мне не хочется, чтобы Путин уходил. Я, значит, такой же, только с другой стороны.

А.Красовский:

- Тебе не хочется, чтобы Путин уходил. Это зависит исключительно от того, ассоциируешь ты напрямую свое собственное будущее или настоящее с Владимиром Путиным. Я тебе честно скажу… Мне стыдно в этом признаться, но я никогда не жил так хорошо, как сейчас. Но при этом я вот эту свою хорошесть не хочу. И не очень понимаю, почему я должен ассоциировать непосредственно с Владимиром Владимировичем Путиным. Я считаю, что это связано с огромным количеством вещей, которые делает и российское общество, огромное количество моих товарищей. И, между прочим, тоже Путин как часть российского общества и лидер нации. Но при этом я совершенно не пытаюсь свое собственное материальное благосостояние или то, как развивается Фонд, который мы когда-то основали, связывать лично с работой Владимира Владимировича Путина.

Ты говоришь, я боюсь представить, что будет в России после Путина. А я не боюсь. И вот здесь, я считаю, есть огромная заслуга самого Путина в том, что я не боюсь представить, что будет в России после Путина. Я смотрю на стенах этой студии висит некоторое количество людей, которых я был бы счастлив видеть президентом этой страны.

Ю.Норкина:

- У меня опасения другие. Именно из-за того, что это ручное руководство, ощущение такое, что только его слово… Может, это мнимая история.

А.Красовский:

- Мы взрослые люди. Мы стольких людей в этой стране пережили. И помним, что каждое слово этих людей так же воспринималось.

Ю.Норкина:

- Сегодня сняли главу нашего Пушкинского района. Вокруг столько дерьма этого сидящего! На средних эшелонах власти.

А.Красовский:

- Подмосковье – феерически! Один глава района убивает любовницу, второго сажают, в Балашихе какое-то уголовное дело.

А.Норкин:

- Глава Пушкинского района сейчас – э то бывший руководитель Балашихи, которого после прямой линии…

Ю.Норкина:

- Мы там живем. Мы – пушкинцы.

А.Норкин:

- Он ушел. А теперь он год у нас руководит.

А.Красовский:

- Это фантастика. Удивительно. За пять лет в Подмосковье сменилось пять министров здравоохранения. Там такая текучка.

Ю.Норкина:

- Я и боюсь. Что не будет Путина и вообще вот это дерьмо все вылезет.

А.Норкин:

- Почему была такая реакция от людей, которые либералы? Они, по идее, должны быть открыты, в том числе, к любым проявлениям политических убеждений. Насколько я понимаю, тебя, мягко говоря, темя с определенными субстанциями попытались смешать.

А.Красовский:

- Мне это, честно говоря, все равно. Надо мной нельзя устроить товарищеский суд, потому что они мне не товарищи. Несмотря на то, что вы ассоциируете меня с каким-то количеством людей, я все-таки не являюсь их товарищем. И в месткоме меня нельзя пропесочить.

А.Норкин:

- Эти люди претендуют на то, что являются носителями главной ценности.

А.Красовский:

- Почему свободолюбивая общественность России ненавидит свободу? Мы можем посвятить этому десять часов эфира. Я все время задаюсь этим вопросом. Конечно, к сожалению, привычка отделять себя от собственного народа, она очень характерна вообще для высшего сословия в России. Так получилось, что сейчас высшим сословием в России является свободолюбивая общественность. Это люди, которые в виду полного уничтожения российской аристократии, заняли их места. Как однажды сказал прекрасно про будущего председателя Госдумы Грызлова Владислав Юрьевич Сурков. Он сказал, что этот человек с лицом путиловского рабочего с полным уничтожением российской аристократии способный сойти за потомственного князя. Вот так же дела обстоят со свободолюбивой общественностью. Они заняли места потомственной аристократии. И в свойственной для российской истории традицией они не просто не отождествляют себя с российским народом, но, наоборот, считают российский народ… Они не считают себя частью. Понимаешь, это как Элен Куракина, она не выше русского народа и не ниже. Она просто не русский народ. Она другой народ.

Ю.Норкина:

- Это было бы замечательно, если бы не влияло на какие-то очень важные моменты. Для меня снятие Нюты Федермессер с выборов – это был удар. Чем больше адекватных и талантливых людей будут у нас во властных структурах, тем лучше.

А.Норкин:

- Дам еще одну цитату. По поводу того, что Нюта Федермессер отказалась участвовать в выборах в Мосгордуму. «В общем, дорогие мои козлятки! Господь слал вам в 43-м округе очень хорошего депутата. А теперь в 43-м округе будет непременно очень плохое что-то такое, ибо хороший человек просто не способен выдержать всю роскошь общественного презрения, которую дарит ему ваша лавочка доброты и вкуса. Я ответственно вам, плохие люди, заявляю. Я теперь пойду и лично буду собирать подписи «за», агитировать «за» и поддерживать любого кандидата от «Единой России». Лишь бы не вы, никогда не вы».

Я прочитал пост Нюты Федермессер, когда она приняла решение, что она не будет участвовать в выборах. Она сказала, что была готова к определенному давлению на нее. Это человек-подвижник. Но она сказала, что не ожидала такого количества грязи, которая на нее полилась. С неожиданной стороны. Она назвала там две фамилии. И сказала, что не хочет сражаться с дуэтом Навальный – Соболь.

А.Красовский:

- Я очень сочувствую Анне Константиновне. С другой стороны, Нюты шла в некий политический, общественно-политический процесс. И должна была понимать, что внутри этого процесса очень непросто. И, мягко скажем, нечисто. Тебе придется выслушивать кучу гадостей. Это нормально для реального политического процесса. Просто Анна Константиновна – человек с многолетней привычкой слышать много хорошего, не была готова к такому количеству гадостей, которые на нее польются.

Ю.Норкина:

- Причем, ни за что.

А.Красовский:

- Это не имеет значения. Нет никакой разницы.

Ю.Норкина:

- Подожди, если человек подлец и ему начинают говорить, что он подлец…

А.Красовский:

- Вопрос привычки. Сколько гадости льется на того же Путина. И он же слышит, на самом деле, большое количество гадости в своей адрес. Невозможно не слышать.

Ю.Норкина:

- Он, наверное, по первости тоже как-то…

А.Красовский:

- Если бы он по первости на это тоже реагировал со своими возможностями как человек из органов, человек, возглавляший эти органы, то мы бы не жили в такой сказочной и добродушной стране. Будем реалистами. Это просто свойство характера. Кто-то на это реагирует, кто-то не реагирует. Кто-то заранее понимает, что сейчас на него польется, а кто-то к этому не готов. В первую очередь важно помнить, что я очень хорошот Нюту понимаю. Конечно, то количество дерьма, которое на нее вываливалось и лилось потоками, не каждому дано пережить.

И второе. Конечно, я считаю, что Нюта была единственным по-настоящему существенным меняющим систему внутри Мосгордумы человеком на этих выборах. Более того, год назад, когда я сам шел на выборы мэра, Анна Константиновна была тем человеком, про которого я все время говорил в контексте Мосгордумы. Почему я это так близко к сердцу воспринимаю? Не то, чтобы она моя креатура. Нет. Но я бесконечно говорил, возможно, и поэтому это словосочатание «Анна Федермессер» было услышано именно в контексте Мосгордумы. И ей это предложили. И начали серьезно с ней это обсуждать. Я считаю, что именно такие люди должны идти в горсовет. Горсовет, а Мосгордума – это горсовет. Так получилось, что Москва – это регион. И это региональный парламент. Но в то же время Москва – это город. Можно сказать, что это муниципалитет. И это могло бы быть муниципальным собранием, если бы здесь не было регионального статуса.

Это горсовет. Моссовет, понимаете? И туда должны идти люди, которые идут представлять в этом Моссовете группы горожан. И городские проблемы. Не существует городской проблемы под названием «борьба с коррупцией Фонд Навального». Условно говоря, дача Володина или уточки эти желтые – это не проблема москвичей. Если у вас две тысячи человек способны выйти на улицы с уточками, это не значит, что это беспокоит жителей северного Измайлова, Капотни или Люблина. Их беспокоят личные проблемы. И то, что мы видим сейчас по прямой линии с Путиным, что сегодня обсуждается либеральной фейсбушкой, это то, что «а представьте себе, если бы Дональд Трам, звонили бы ему по поводу холодных туалетов в Аризоне?». Друзья мои, если вы хоть раз в жизни видели избирательную кампанию любого президента в США, когда этот человек общается буквально с заводскими рабочими где-нибудь в Мичигане, в той же Аризоне, поверьте, там просто с туалетами нормально. Там другие региональные проблемы, которые обсуждаются, в том числе, на уровне президента.

Здесь мы говорим о горсовете. И только такие проблемы должны быть в городском совете.

Мне очень важно это сказать. Нюта была тем человеком, который для меня очень существенно, кто в московском парламенте в Мосгордуме возглавляет комитет по здравоохранению. Его возглавляет абсолютно некомпетентная женщина по фамилии Стебенкова. Это главный ВИЧ-диссидент, человек, который сделал все для того, чтобы в Москве к людям с ВИЧ относились как к дерьму. А из-за ее работы Москва не лечит мигрантов, людей с временной регистрацией, Москва – худший регион сейчас в России. Это я говорю лично сейчас для Сергея Семеновича. Вот его портрет тут висит. Для Анастасии Владимировны, здрасти, Анастасия Владимировна. Я знаю, вы меня слушаете. И вот такие люди сейчас возглавляют темы.

Мне было очень важно, чтобы человек с нормальным пониманием… Не о здравоохранении, не о медицине. А с нормальным отношением к человеку! И такой человек оказался бы в горсовете. И что мы видим? Этого человека уничтожили ради политически ничтожных задач. Ради того, чтобы какая-то хабалка, п одерживаемая абсолютно бессмысленными идиотами, не то, что получила бы шанс, никакого шанса она не получила. Неужели у кого-то из нас есть сомнение, что никакая Любовь Соболь… Честно скажу, не будет зарегистрирована, как кандидат. Но даже если она будет зарегистрирована как кандидат от округа Хамовники, никогда за нее не проголосует округ. Никогда и ни при каких обстоятельствах! В лучшем для нее случае этот округ достанется бессмысленному, но не Митрохину. Но у реальном случае он достанется артисту Соколову.

И вот так благодаря Алексею Анатольевича Навальному, фонду по борьбу с коррупцией и уточками мы променяли Фонд «Вера» на фонд маленькая Вера.

А.Норкин:

- Получается, ровно то, что ты написал – идите и делайте – она пыталась это сделать.

А.Красовский:

- Не просто пыталась. Это существенная разница. Пытаться может и Алексей Анатольевич Навальный, я просто не знаю, чего он пытается. Но Нюта это делает ежедневно.

Ю.Норкина:

- Может, они испугались, что она реально начнет…

А.Красовский:

- Им?

Ю.Норкина:

- Ни Навальному, ни те, кто устроили эту дикую травлю, чтобы в этой стране этому народу…

А.Красовский:

- Конечно.

Ю.Норкина:

- … не было хорошо.

А.Красовский:

- Конечно.

Ю.Норкина:

- Им это не надо.

А.Красовский:

- Ты пытаешься найти внутреннего врага. Давай не будем этого внутреннего врага искать. Очень важно услышать, что я сказал. Горсовет не является политическим парламентом. Вот эти люди, о которых мы говорим, я чуть было не сказал, какие-то, хотя понятно, что речь идет об Алексее Анатольевиче. Используют его как политическую платформу. Я считаю, что использование городских, региональных проблем в политических целях, конечно, ухудшают шансы жителей региона или города на лучшую жизнь. И человек, который пытается использовать городской парламент именно в политических целях, мешает жителям этого региона.

Да, Мосгордума должна заниматься больницами, школами, поликлиниками, дорогами, детскими садами, стариками, пенсионерами, больницами и хосписами. Она должна распределять региональные деньги на федеральные программы. Региональные дотации на тот же ВИЧ, например. Ведь в Москве региональная дотация в миллиард рублей, который город тратит дополнительно к федеральным ассигнованиям. А куда их тратить? Непонятно. А каким образом? Непонятно. Это все зависит от конкретного человека. У тебя есть, условно говоря, хороший главный врач. Вот главный врач Первой Градской Алексей Свет – выдающийся, прекрасный.

Ю.Норкина:

- Да. Леша прекрасный. Это правда.

А.Красовский:

- И больница при нем совершенно другими красками заиграла. А есть куча главных врачей, которые просто чиновники. Даже пусть он телеведущий, как вот этот чувак из 73-й больницы, к которому привезли Ваню Голунова. Доктор Мясников, который открыто пишет, что он там враг и поэтому… Вот если бы он был другом, я бы его, может, как-то ему помог. Вот так прямо реально человек пишет.

Слушайте, я считаю, что это просто не очень совместимо…

А.Норкин:

- Так в чем дело? Это некие идеологические у нас расхождения? Или это банальное бабло какое-то?

А.Красовский:

- Подожди, я не очень понимаю про бабло. Я не готов обсуждать бабло, шесть биткоинов. Я про это не знаю ничего.

А.Норкин:

- Ты меня неправильно понял.

А.Красовский:

- У меня с Алексеем Анатольевичем чисто идеологические расхождения.

Ю.Норкина:

- Какие биткоины?

А.Красовский:

- Ну, сегодня там была… Кто-то там уехал куда-то опять отдыхать. Вот Алексей Анатольевич, он же все время отдыхает. Он же много работает. Поэтому ему приходится все время отдыхать. Он все время уезжает, ему какие-то биточки подкидывают. Это не имеет значения. Зависнешь на битках…

Ю.Норкина:

- Биточки – это такие котлетки маленькие.

А.Красовский:

- У него тоже котлетки. У тебя маленькие, у него большие.

А.Норкин:

- По нескольку тысяч долларов каждая.

Ю.Норкина:

- Николай Насонов: «Любовь Соболь – профессиональный юрист. Нюта – просто хороший человек, который ни хрена не умеет делать в политике».

А.Красовский:

- Чтобы быть профессиональным юристом, надо идти в адвокатские компании работать, а не в городской парламент. Городской парламент, повторяю, занимается распределением городского бюджета на хозяйственные нужды. Он не принимает законодательных федеральных актов. Это люди, которые занимаются жизнью москвичей.

Нюта – не просто хороший человек. Николай, возможно, вы просто хороший человек. Анна Константиновна – человек, который устроила работа первого московского хосписа, единственного на тот момент реального хосписа в Российской Федерации. Потом возглавила паллиативную службу, сделала ее человеческой в огромном мегаполисе под названием Москва. И сейчас занимается программой паллеативной помощи во всей России в двадцати пилотных регионах. Это человек, который делает огромный труд, в который вовлечены тысячи, десятки тысяч людей в качестве персонала. И миллионы людей пациентов и уходящих из этой жизни людей. Возможно, и вам, Николай, повезет. И вы уйдете не обезболенным, а орущим человеком, где-нибудь валяющимся у своего сортира, обезумевшим от вашей же собственной боли родственниками. А человек, который уйдет спокойно. И в торжестве жизни. Благодаря Анне Константиновне Федермессер. И тому, что она просто хороший человек.

А.Норкин:

- Вернемся. Ты сказал, что у тебя абсолютно идеологические расхождения, начал говорить про биткоины. Когда я говорил про бабло, я имел в виду, что есть определенная группа людей, для которых материальный вопрос – единственно заслуживающий внимания. Если тебя это устраивает материально, ты это делаешь.

Расхождения. Это целая куча людей. Что, мы идеологически разные?

А.Красовский:

- С кем?

А.Норкин:

- Мы никогда не станем братьями?

А.Красовский:

- Кто с кем? Вот тебя же тоже, Андрей, много раз обвиняли, что ты беспринципный и ничего, кроме бабла тебе не нужно.

А.Норкин:

- Постоянно.

А.Красовский:

- Это такое обвинение, которое друг другу все бросают в качестве первого.

А.Норкин:

- А почему?

А.Красовский:

- Оно, видимо, считается внутри высшего сословия неприличным. Я, кстати, ничего неприличного в том, что людям нужны деньги, не вижу. И не считаю оплату за честный труд…

А.Норкин:

- Понятно. Им же детей надо кормить.

А.Красовский:

- А другим не надо кормить.

Я не думаю, правда, что для Алексея Анатольевича, например, если мы его обсуждаем, каких-то его сотрудников, самое важное – это бабки. Я так не думаю. Я думаю, что для них самое важное – это власть. И я считаю… И власть не ради денег, а власть ради власти.

А.Норкин:

- А разве это не деньги?

А.Красовский:

- Нет. Во-первых, это не тождественные вещи. Власть…

Ю.Норкина:

- Власть для чего?

А.Норкин:

- Березовский объяснял…

А.Красовский:

- Борис Абрамович Березовский поэтому и кончил в петле где-то в лондонской…

А.Норкин:

- Каждый думает, что с ним это не произойдет.

А.Красовский:

- Власть – это не всегда конвертируемая валюта. Если Владимир Владимирович Путин думал, что власть – это бабки, он давно бы уже не был президентом. Он просто человек, который понимает, что власть – это возможность, скажем так, обустройства. Чего угодно: страны, людей, возможно, близких ему людей, своих собственных людей. Но это не всегда деньги. Власть – это возможность.

Ю.Норкина:

- Обустройства своего мира.

А.Красовский:

- Своего мира, который может заключаться в границах Российской Федерации.

Ю.Норкина:

- Были бы нужны бабки, уехал бы после первого во Флориду.

А.Красовский:

- Есть масса прекрасных мест помимо Флориды.

Вот.

Ю.Норкина:

- И примеров таких тоже много.

А.Красовский:

- Конечно.

А.Норкин:

- Вопрос не политический. Если про обустройство своего мира. Вот Фонд Спид-центр. Что вы делаете? Как вы делаете? На какие деньги вы делаете?

А.Красовский:

- Это Фонд, который существует три года. Сейчас в реальности как юридическое лицо, как не юридическое лицо, а как общественная организация он существует пять лет. И это фонд, который создан для того, чтобы заниматься неким информированием людей, которые живут с ВИЧ, которые не живут пока еще и надеюсь, что не будут жить с ним никогда. Информирование об этой болезни. И о том, как с этим жить. И еще лучше не жить. Как не инфицироваться.

Мы создавались, как нам казалось, для того, чтобы наш сайт осуществлял свою деятельность. Потом мы поняли, что можем больше. У нас каждый день происходят группы поддержки, бесконечные лекции, тестирования.

Ю.Норкина:

- Оказалось, что вы нужны.

А.Красовский:

- Мы всегда знали, что это нужно.

А.Норкин:

- «Оказалось» – очень правильное слово. Когда много лет назад появилась аббревиатура СПИД и началось! Мы все умрем, чума двадцатого века! Потом к этому привыкли. Как люди привыкают ко всему. И фраза Юли «оказалось», потому что в массовом сознании это уже как бы и не проблема.

А.Красовский:

- Нет, на самом деле, в массовом сознании это, как раз, проблема. Просто из массового сознания эта тема ушла. Ее нет. Когда оказывается в массовом сознании, она становится проблемой. И люди по-прежнему не знают, что с этим делать, как с этим жить, жить ли с этим? Не умрешь ли ты сейчас от этого? И так далее.

Я не имел в виду «оказалось», я имел в виду, что для меня не было очевидно, что мы можем больше. Оказалось, что мы можем. И мы сейчас делаем довольно много. Благодаря существованию этой организации почти две с половиной тысячи человек сейчас получают государственную медицинскую помощь очень хорошую. Мы утверждаем, мы сейчас в Подмосковье… Мы в партнерстве с подмосковным центром СПИДа, а он является сейчас лучшим в стране регионом, относящимся к людям, живущим с ВИЧ. Это единственный регион в стране, который оказывает медицинские услуги по системе фаст-трек, то есть, в один день человек узнает, что у него ВИЧ и начинает получать лекарства. Хорошее лекарство.

А.Норкин:

- То есть, в Москве нет?

А.Красовский:

- В Москве нет этого. Именно из-за отношения к людям. Я сказал, что в Подмос ковье все так ужасно, на самом деле, нет. И это, в частности, происходит благодаря тому, что есть губернатор Воробьев, который к этому хорошо относится. Просто относится к этому внимательно. И спасибо ему большое. И хорошо было бы, если бы обратили внимание на центр. И сделали нормальные человеческие условия.

А.Норкин:

- А деньги откуда получаете?

А.Красовский:

- Деньги мы получаем благодаря частным жертвователям. У нас регулярные рекуррентные платежи, можете зайти на сайт, нажать кнопку «помочь фонда» и подписаться на ежемесячную рассылку. Мы делаем две или три… Одна очень масштабная конференция по ВИЧ, где есть спонсоры. И в э том смысле это чисто коммерческий спонсор. У нас нет никаких западных там фондов, президентских грантов. Это чисто коммерческая история, потом мы расходуем ее в уставных, что называется, целях.

Кроме того, у нас есть коммерческий грант от коммерческой компании российской, которая сейчас тратится на тестирование. Мы сейчас должны протестировать несколько тысяч человек до конца года, которые еще никогда не были протестированы. На совместную инфекцию ВИЧ и гепатит.

Ю.Норкина:

- А есть надежда, что в Москве появится?..

А.Красовский:

- А я очень надеюсь! Я не зря сказал: Анастасия Владимировна, привет! Потому что я считаю, что она не там находится. Это я в камеру по привычке говорю. Я считаю, что с уходом Леонида Печатникова в Москве поменялся вектор отношения к этой проблеме. Я с огромной надеждой смотрю на то, что сейчас социалку в Москве возглавила Анастасия Ракова. Я, правда, хорошо отношусь к этой женщине. Считаю, что у нее есть огромный потенциал для по-настоящему важных перемен внутри социального блока. Я считаю, что именно такие люди с такими возможностями должны возглавлять регионные города. Считаю, что есть шансы, что и в Москве эта тема будет…

Ю.Норкина:

- Антош, ты считаешь, что такие люди должны руководить. Они есть?

А.Красовский:

- Конечно.

Ю.Норкина:

- Все ноют, что у нас голод кадровый.

А.Красовский:

- Это правда. У нас кадровый голод, если ты относишься к кадровым вопросам по принципу лояльности. Но если ты вдруг отключаешь этот принцип и вспоминаешь, что существуют профессиональные компетенции, то смешно говорить, что в России, в стране, в которой живет 146 миллионов грамотных, правда, грамотных людей…

А.Норкин:

- Я сегодня этими словами программу заканчивал в телевизоре.

А.Красовский:

- Это правда!

А.Норкин:

- Только я назвал более точную цифру – 145 миллионов 800 тысяч.

А.Красовский:

- Я сам этих людей вижу. Когда приезжаешь в какой-нибудь Нижний Новгород, где молодой губернатор. Вполне себе компетентные люди! Правда, в один момент меняется профессиональный фон внутри региона. Как только регион возглавляет профессиональный компетентный человек. Когда это происходит, условно говоря, как в Пензенской области, мы понимаем, что кранты!

А.Норкин:

- Спасибо большое! Время, к сожалению, закончилось. Антон Красовский был у нас в эфире.

Ю.Норкина:

- Приходи к нам еще. Придешь?

А.Красовский:

- Спасибо вам! Спокойной ночи!

Подпишитесь на новости:

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ